Холодный север

Наконец, пройдя по лестницам и петляющим коридорам, вся процессия оказалась в большом зале. Тут прямо в центре каменного пола было углубление, где горели целые бревна. Жар стоял такой, что Валера в своей тёплой шубе моментально вспотел. Над головой пылали жаровни, освещая помещение, где в самом дальнем конце, на возвышении стоял резной трон. На его красных подушках сидел суровый рыжебородый мужчина.

- Ярл Сигурд! – воскликнул глава патруля, преклоняясь перед ним, - мы нашли этих путников на севере.

Они спускались из Ледяных Пустошей.

- Что?! – взревел тот, вскакивая на ноги, - двое… - он слегка замялся, приглядываясь к ним, - южан? На Ледяных Пустошах?

- Да, - Чизман вышел вперёд, - мы проделали долгий путь! И мы очень торопимся…

- Нет! Нет! – громогласно воскликнул ярл. Он походил на какого-то Зевса. Весь такой грозный и бородатый, только молнии не метал, - я знаю, что вы хотите сказать! Все так говорят! – Сигурд шагнул вперёд и спустился к ним, - но я не пущу вас! Это наш праздник! У меня столько гостей и я уже не знаю, чем ещё их развлечь! А тут такие великие герои, что перешли через Ледяные Пустоши! Наверное, видели там Снежных Червей…

- Видели, - кивнул ему Валера, - и ещё меховые горы! Одну из них убили и нам пришлось…

- Стоп! Хватит! – воскликнул тот, закрывая уши, - я хочу услышать это всё вместе с остальными! Не нужно рассказывать всё сейчас! – он положил им на плечи свои здоровые руки, - и вообще, ни один хозяин не отпустит гостя, что проделал такой путь! Так что возражений я не приму! Оставайтесь на нашем празднике!

- А что за праздник? – нахмурился Комаров.

- Свадьба! – расхохотался ярл, нагибаясь к нему, - позволь я поделюсь своей радостью! – он обвёл рукой зал, - наш край, под названием Серый Лес издавна управлялся двумя родами, двумя ярлами.

Мы вечно спорили и ругались. А теперь Великий Конунг Харальд Белозубый решил собрать войска, чтобы отправиться в великий поход на юг! Но наши дружины не такие многочисленные, так что мы не можем выступить каждый со своим войском! Так что Харальд сказал, мол, пускай один из нас подчинится другому.