Джек Бергман

Рядом со мной, в том месте, куда упали останки некогда боевого артефакта, раздался странно приглушенный хлопок, и нашу честную компанию вместе с попятившимися противниками, неслабой взрывной волной разбросало по разные стороны тропы, где мы все еще находились. Последнее, что я как сквозь вату услышал, это удаляющееся ржание наших коней, испугавшихся ненаправленных магических всплесков, после чего наступила абсолютная темнота и тишина.

Не знаю, сколько времени я провел в отключке, но сознание возвращалось не слишком охотно.

Более того, я, по понятным причинам, не слишком настаивал на его возвращении. Но первым вернулся слух, и я расслышал вполне отчетливую речь, которая ранее слышалась вдалеке. Что меня действительно удивило — речь была довольно понятной, а как же тогда относиться к приказам, которые отдавались на незнакомом мне языке?

— Практически закончено, — приглушенный голос взорвался резкой болью в пострадавшей голове. Я застонал от звона, который раздавался в ушах и попытался приподняться, но внезапно осознал, что пошевелить даже пальцем у меня не получилось.

Глаза открывались медленно и как-то слишком долго.

— Но не так, как было запланировано. Мы как всегда не учли эффект неожиданности и обычной человеческой тупости, — в голосе, который раздавался прямо надо мной, слышалось явное раздражение. Разлепив, наконец, глаза, я попытался сфокусировать их на лице человека, нагнувшегося надо мной, но лиц было то четыре, то два и едва смутные очертания говорили мне только о том, что это человек, или что-то на него очень сильно похожее.

— Оклемался, надо же. Я даже и не подозревал, что у законников Сити настолько крепкие головы и такая устойчивость к ядам, — этот расплывающийся перед моим взором мужик отошел от меня, от чего, что греха таить, мне стал немного спокойнее. Голова соображала туго, но то, что произошло что-то поистине скверное, было понятно даже моему пострадавшему от сильного сотрясения мозгу.

— Что делать с оборотнем? — раздался другой голос, и я рефлекторно повернул голову в сторону говорившего.

Потом только до меня дошло, что какие-то движения я могу совершать, вот только двигать я могу только головой, да и то не слишком-то активно, потому что даже такое небольшое движение вызвало сильное головокружение, а к горлу подступал кислый ком.

— Убей его, только чисто, он мне не нужен. Раз они практически испортили весь наш труд, пускай их эльф за это отвечает.