Демоническая эпопея

Губы её беззвучно шептали нечто вроде мантры, а правой рукой она старательно выполняла странные пассы. Прямо как в день нашего знакомства, когда она открывала провал в Ад. Это был конец.

«До встречи в Аду, тварь!» – Просипел я, обращаясь к Деймому и растянув омытые в крови губы в некоем подобии ухмылки.

8

Под сводами непроглядной тьмы вновь собралось Заседание Верховных Домов Ада. Я пришёл вслед за Азазелем. Раны всё ещё болели, но к счастью, демоническая энергия значительно ускорила телесную регенерацию, и раны уже не кровоточили так сильно.

Что, впрочем, вовсе не означало, что я неуязвим – я и впрямь бы погиб, не подоспей Рина так кстати. Вскользь заметив, что Трейглава где-то пропадает и не присутствует на собрании, я занял своё место невдалеке от Королей, держа мешок с «трофеями» наготове. Лишь одним небесам ведомо, как я умудрился донести их до зала собрания – благо перед боем я обвязал тесёмки мешка вокруг своего пояса. В другой руке я сжимал Саиро, готовясь в случае нужды пустить его в ход. Годы пребывания в мире людей и несколько месяцев в Подземье научили меня осторожности, если не сказать мнительности.

Мы сегодня пришли последними, остальные владыки уже заняли свои троны. Когда Азазель под неодобрительным взглядом Гибрулуса занял свой трон, собрание началось.

– Господа, рад начать собрание с хороших новостей. Физические тела Дейпа и Риндула были уничтожены, а значит…

– А значит, они утратили память и переродились. – Жутко усмехнувшись, сказал Арстаино.

 – И теперь они вновь с нами. Поприветствуем их, господа.

Он подал жест одному из своих слуг, и тот грубо толкнул к ногам владыки двух испуганных демонов. В этот же миг я развязал мешок, и две головы, весело прыгая, замерли у моих ног. Я брезгливо бросил окровавленный мешок, и чувствуя повсеместно направленные на меня взгляды, которые сложно было назвать приятными, поспешил занять место рядом с Риной. Она улыбнулась и одобряюще похлопала меня по плечу. Шоу только начиналось.

Арстаино встал и замер, взирая сверху вниз на причитающих демонов у своих ног.

Под весёлый смех и улюлюканье остальных демонов он с размаха ударил сапогом одного по лицу, а другому подошвой наступил на горло, да так, что бедняга захрипел, задыхаясь.

Золотое сияние залило зал. За спиной Арстаино прорисовался силуэт огромных крыльев, и я понял, что умру. Просто растворюсь в этом свечении, сгину без возможности возврата, и никакой Азазель, никакая магия мне больше не поможет.