Битва Одиноких

Нет, не так: если у них проявлялись способности к магии, то не в этом ли причина случившегося?

Кто-то (или что-то) вдруг не захотело, чтобы у крепости появились свои маги? Но зачем убивать? Любой Дом вправе был вернуть под свой кров кадета, если у того вдруг объявились способности к магии. Право это никогда и никем не оспаривалось — не было безумцев, желающих восстановить против себя всю Лигу Магов. Ван-Ай пришёл в Крепость из дома Мин, Дор-Си — из Дома Эрарту. Оба дома — союзники с давних времен, прежде не прочь были на пару разорить соседа послабее, но сейчас времена спокойные.

Бумажная нынешняя империя или нет, но междоусобиц не терпит. Поэтому приходится простой продукт иметь, чтобы обменять на золото. Любой из этих Домов с радостью забрал бы нарождающегося мага, ещё бы спасибо сказал за ласку и заботу. Враги этих домов? Да, враги могли бы. Есть ли среди врагов дома Мин и Эрарту могущественные маги? Тут нужно поработать. Хотя маг, способный сотворить такое, должен быть очень могущественным. Кто-то уровня Ин-Ста. Мы-то думали, что повывелись такие маги.

Или это была магия негуманоидная?

От продуктивных размышлений его оторвал вестовой:

— Доблестный рыцарь, в замок явился путник.

— Замечательно.

— Он, вернее, она, настойчиво просит встречи с вами.

— Да? — с сомнением проговорил Фомин. Его знали многие, и приходили порой с милыми пустяками: похлопотать о займе, крохотном, в десяток-другой марок — для создания трансмутатора. Купить древний свиток с тайными тропами в Навь-Город, по ним ещё прапрадед ходил искать сокровища, да повстречал на пути Зубастого Выпозка, но что Выползок доблестному рыцарю? Сейчас досужий визитер был бы некстати.

— Прими, душа моя, уважь старика, — дребезжащий голос раздался сзади.

Фомин обернулся. Старик в пурпурной тоге непринужденно стоял у окна, снисходительно глядя на рыцаря.

— С кем имею честь?

— Видение пред тобою, морок. Но прошу всерьёз, потом благодарить будешь, — и старик неспешно исчез — сначала поблек, выцвел, потом стал полупрозрачным, а потом и вовсе сгинул.

Вестовой ошеломленно смотрел на пустое место.

Фомин вздохнул.

— Проси, чего уж там.

Глава 2

Тревога, разлитая повсюду, вдруг собралась в одном месте. Так и болезнь порой долго блуждает, прикидываясь то простудой, то головной болью, то ломотой в костях, пока однажды не явится злой опухолью, пожирающей и плоть, и душу.

Старуха задумалась. Болеет-то не она. Можно сделать вид, что ничего не заметила. Отвернуться, и беда пройдет мимо.