Кровь земли (Бастард-5)

— Ответила Лу, сдвигая очередную фигуру не глядя.

— Не понимаю.

— И не должна.

Доска, маленькое поле боя, пешки рвутся в бой и падают под ударами ферзей и коней. Пока угрюмые башни занимают позиции. Ходы обманки, намеренные жертвы и откровенный блеф, за которым прячется «кинжал». Тень угрюмо взглянула на доску. Её фигур больше, но расстановка такова, что «короля» сожрут через два хода, куда бы она его ни сдвинула.

— Шах. — Заключила убийца, поднимаясь с кресла. — Плохая игра. Не пойму, как по ней раньше учились военной тактике?

— Я тоже.

— Ответила Луиджина. — Такая ограниченная и все ходы до середины партии известны наперёд.

Она подняла взгляд и вперила в лицо Айлы. Сказала с лёгкой улыбкой:

— Тебе не кажется, что профессионализм убивает веселье?

— Скольких ты ещё заказала? — Буркнула Тень.

— Троих.

— Включая парня?

— О! Для него я прикупила целую ораву! А конкуренты, должно быть, добавили ещё больше.

Тень мрачно кивнула и отступила от стола, готовясь раствориться в тенях и оказаться в убежище.

Логично, как только пошёл слух о заказных убийцах, главы домов, участвующих в соревновании, тут же бросились нанимать душегубов. Кто для защиты, кто для атаки. В империи сохраняется условный мир, но под ковром идёт такая бойня...

— Ролан в порядке? — Осторожно спросила Луиджина.

— В полном.

***

Ролан согнулся пополам и выплеснул на сапоги содержимое желудка. Схватился за дерево обеими руками и мелко затрясся, покрываясь липким потом. В глазах двоится, а земля брыкается, как дикий конь.

Монотонный гул забивает уши, изредка распадаясь на удалые песни у костра. Лагерь гудит с вечера. Караванщики, прошедшие по краю гибели, чествуют жизнь! И каждый норовит выпить с Роланом, спасителем. Каждый.

Новый спазм будто вывернул наизнанку. Парень ощутил невидимую руку, ухватившуюся за желудок и рванувшую к горлу. Колени подкосились, и он почти рухнул в мутную лужицу. Оттолкнулся от дерева и поковылял в сторону телеги, под которой расстелил спальник. Кто-то со смехом ухватил и потянул к костру.

В одну руку пихнули кубок, а в другую кус жареного мяса. Ролан залпом осушил, пролив половину на грудь, и вгрызся в закуску. Действие рефлекторное, разум отключился окончательно, уступив трон ошалевшим инстинктам.

Лишь намекнул, что утром Ролан сильно пожалеет о содеянном. Очень, очень сильно.

Глава 21

Горы увидел ранним утром, когда прохладный воздух особенно чист. Два сияющих пика, пронзающих голубое небо и возвышающиеся друг напротив друга.