Эльфийская сага. Изгнанник

Габриэл запретил лучникам стрелять ей в спину, а одного остановил своей рукой в последний момент, зло рявкнув, что девица нужна живой. Но какие бы усилия не были брошены на поимку наемницы, покусившейся на жизнь короля, все оказалось напрасно. Белый Лебедь ушла через низшие кварталы, растворившись в мерцании металлических огней. Единственным трофеем, который достался темным воинам - стало ее малахитовое ожерелье.

Габриэл горел в пламени холодной ярости, когда ему доложили, что отосланные в погоню отряды вернулись с пустыми руками.

А вот весть о том, что Лебедь пробралась в подземные тюрьмы, освободила пленных сородичей и прикончила надзирателя Эрла Плетку, отчего-то вызвала злорадную улыбку.

… Он вернулся во дворец через полчаса, до боли сжимая малахитовую подвеску, сорванную с Лебеди в квартале Медных Огней, и обдумывал, как оправдаться перед Теобальдом за провал. Парню было невдомек, что отчитываться уже совершенно не перед кем.

Вбежав по парадным ступеням, главнокомандующий зашагал по натертым до блеска полам, но полумрак пустынных, наполненных звенящей тишиной коридоров обжег хищным ударом хлыста: что-то случилось.

Не зря духи гор истошно хохотали, катаясь в свисте ветра над искореженными цепями Беллийских отрогов, когда он спешил в Горгано, как стрела пущенная рукой мастера. Ох, не зря. Темные эльфы не верили в глупые суеверия и не придавали значения знакам и приметам - это было уделом народов Верхнего Мира. Но беда, похоже, не интересуется, живешь ли ты под солнцем или свил города из камня и металла глубоко под горами.

Беда – она такая, приходит неожиданно, накрывает черным покрывалом и душит до тех пор, пока не сломит даже самую храбрую и отважную душу.

В круге мутного света рыдала служанка. Увидев шерла, эльфийка вздрогнула и метнулась в темноту, прикрывая лицо ладонями. Во дворце явно что-то стряслось.

У низкого дивана, затянутого синим бархатом, взад-вперед ходили лекари, громко возмущаясь. Серые мантии вяло перетекали за ними по полу, шелковистые волосы, перехваченные лентами, шелестели, как сухая листва на ветру.

- Да как он посмел! Закрыться изнутри с раненным королем!

- Принц слишком много на себя берет!

- Он выставил нас за дверь, как бродяг! Я этого так не оставлю!

- Верно! Как только Его Величество оправится, обратимся к нему с жалобой!

Габриэл мазнул взглядом по злым лицам целителей и ускорил шаг. В следующей нише он заметил командора Сирилла и леди Гвендолин.