Пепел перемен

Снаружи казалось, начался истинный ад, а догадки об этом усугубляли дошедшие почти до коридора языки пламени и чёрная копоть, что расползлась по потолку чёрной вуалью.

Рэдрик закашлялся. Ему было дурно. Воздуха катастрофически не хватало, а руки, коими он всеми силами цеплялся за кровать, и стол соскальзывали.

Зывик продолжал читать знакомую мантру.

Нападающих в коридоре не было. Рэдрик не успел увидеть, когда и каким образом они пропали, давай шанс проснуться надежде. Воодушевившись увиденной картиной, чародей даже почти успел встать, и он даже встал.

Но идти, как и ожидалось, не мог. Под ногами вновь всё завертелось и ему пришлось сесть на стол и маятником качаться из стороны в сторону, словно на палубе фрегата во время шторма.

В двери появился человек. От прочих его отличал внешний вид, а именно доспех. На небольшом щитке, прикрепленном к рифлёной нагрудной пластине, пестрили жёлто-красно-чёрные цвета.

—Рэдрик? – услышал чародей далёкий, словно придуманный им самим голос. – Войцех! Рысью ко мне, тут ещё троих вытащить надо!

Войцех, мальчишка лет пятнадцати, в шелках и лёгким пушком на юношеском лице заскочил в дом и вцепился в указанного начальником чародея.

Тот против не был.

Уходя из горящей избы, Рэдрик не смотря на общую слабость и болезненное состояние услышал одно слово. Одно единственное слово, которое заставило его отключиться с улыбкой на устах.

—Папа? – прошептал женский голос за его спиной.

Глава 4

Окончательно Рэдрик пришёл себя уже будучи далеко от корчмы «волчья яма» и злосчастной деревни, в которой едва не умер.

Ехал он долго, чувствуя, что привязан руками и ногами к луке седла и не раз понимал, что только эти ремни, и только они спасают его от падения. Хотя нет, не только они. За плечи его удерживали чьи-то руки. Они же правили лошадью, заставляя ту объезжать выбоины на тракте и не сворачивать к кювету, где росла аппетитная зелень. Владельца этих рук Рэдрик не видел, но догадывался чьи они.

К полудню кавалькада скачущих рыцарей проехала не менее двух деревень и бренчащий колоколами монастырь с толстыми, вековыми стенами и парой башен с блестящими бронзовыми колоколами.

Монахи провожали конный отряд долгим взглядом, а прятавшиеся в камышах пруда мальчишки в рясах, выйти оттуда не решились.

Остановились они только в городе Кансуэгра. Издали он выглядел как обнесённое частоколом и земляным валом городище, уходящее вверх по холму и превращающийся в каскад из рыжих крыш, ниспадающий к быстрой речушке Соженне.