Сила, способная изменить мир: Предназначение

Шагающий в тенях улыбнулся уголками губ. Обучение давалось Аньюриэль нелегко, но от этого даже маленькие успехи были особенно ценными.

Сама его идея обучать боевого мага искусству бесшумно убивать не нашла отклика у Азены, а Иона была в ужасе, увидев Аньюриэль после первой тренировки. Таллеан не мог сказать точно, что именно произвело на Ард Рену большее впечатление: обилие ссадин или настойчивое желание мелкой Ари продолжать тренировки, но вот уже десять лет по утрам он гонял мелочь палкой, а она всё никак не могла его подловить.

У физических тренировок оказался весьма неожиданный эффект: мелкая начала расти. Если до этого все силы тщедушного тельца тратились на то, чтобы раннее пробуждение магического источника не сожгло его обладательницу изнутри, то, став сильнее и выносливее, Аньюриэль старательно сокращала разницу между собой и сверстниками. И, если она прежде была мелкой и прожорливой, то теперь она стала тощей и вечно голодной.

Урчание в животе выдало её… Таллеан хмыкнул, поднимая взгляд на ветки дерева, что были у него над головой.

Мелкая, поняв, что вся маскировка пошла к фетранийской матери, отчаянно попыталась атаковать. Она прыгнула вниз, извернулась в воздухе, целясь ногой ему в голову. Хорошая попытка. Правда хорошая. Но глупая.

Таллеан схватил её за щиколотку и обернулся, добавляя к силе её инерции направление. Мелкая кубарем покатилась по траве и тут же взвыла, как раненный лешак. Шагающий в тенях устало выдохнул и пошел смотреть что к чему.

Аньюриэль клубком свернулась в траве, прижимая к груди руку и жалобно скулила. Вот только за жалостью надо не к убийце обращаться. Поборов вялое сопротивление, он осмотрел травму.

— Запястье сломала, — прокомментировал он. — Насчёт три. Раз. Два.

Он резко дёрнул кисть, вставляя кости на место. От истошного визга разлетелись в стороны птицы. Волна пламени отбросила его в сторону. Этого стоило ожидать. Магические вспышки при сильных эмоциях были той чертой мелкой, которую не любили все без исключения наставники.

Таллеан бросил беглый взгляд на волдыри, покрывшие руки, в очередной раз поразившись той невероятной силе, что помещалась в этом мелком тельце. Боги вложили в эту девочку пламя, куда более жаркое, чем огонь самой Хелгайи.

Даже сквозь защиту амулета пробило…

— На моих тренировках магия запрещена, — строго подметил он, поднимаясь с обожжённой земли. — Нам теперь опять новую лужайку искать.