Сила, способная изменить мир: Предназначение

Такой роскоши, как потраченное впустую время, чародейка просто не могла себе позволить. Пэн молчал, сидя на её плече. Видимо, тоже не знал, что им делать дальше. Анью с досады пнула в сторону попавшийся под ногу камень. Тот попал точно промеж глаз каменного стража. Эозин дернулся, глаза и отверстие рта слабо засветились.

Глава 7. Сердце

Так блестит вода,

Когда лунный луч превращает ее в сталь.

Так поет стрела,

Когда тисовый лук выпускает ее в цель.

Так поет война —

Как тысячи ртов, распахнутых в новый гимн.

Так не видать ни зги,

Когда тень любви принимает тебя в плен.

Немного Нервно — Светлей

Анью аккуратно подходила к стражу. Тот следил за ней взглядом и пытался сказать что-то. Чародейка коснулась его кончиками пальцев, пытаясь создать ментальную связь, но получила лишь слабый разряд энергии в ответ. Судя по всему, страж был на последнем издыхании, если так можно говорить о куске камня.

— Если бы он мог нам помочь, — грустно вздохнул Пэн.

— Если этими существами движет жизненная сила великана, то, может, я смогу подпитать хотя бы этого, — задумчиво проговорила Анью, прикасаясь ладонью к эозину.

Камень оказался шероховатым и, на удивление, тёплым, внутри чувствовалась слабая искра жизни. Маленький огонек едва тлел, готовый вот-вот погаснуть. Колдунья разогнала энергию по телу, прикосновением делясь силой со стражем. Пламя жизни внутри эозина разгоралось, тускло засветились каменные узоры на его теле, зашевелились руки и ноги. Он медленно поднялся, растерянно озираясь по сторонам.

Глубокая печаль отразилась на каменном лице.

— Смотритель, — эозин повернулся к ним, его голос был неприятно глухим и скрипящим. — Мы ждали тебя так долго. Как же тяжело говорить…

— Той энергии, что я отдала, не хватит надолго, — предупредила Анью. — Помоги нам пройти к сердцу Тортоика. Мы постараемся помочь ему.

— Ступай за мной, — страж повернулся и двинулся в сторону одного из переходов.

Анью шла следом, стараясь запомнить маршрут.

Каменный страж смешно ковылял на коротких кривых ногах, длинные руки почти волочились по полу. Он озирался по сторонам и без слов было понятно, как грустно ему видеть свой дом в таком состоянии.

Они двигались по переходам, то спускаясь, то опять поднимаясь. Полумрак и однообразная обстановка делали своё дело — Анью потеряла счёт времени, лишь чувство тяжести в ногах намекало на то, что они идут уже очень давно. Пэн на её плече уставшим не выглядел.