Свободу демонам! (Том 1 и 2)

На каждый мой хлёсткий и чувствительный удар толпа отвечала довольным гулом и криками.

Печень, почки, селезёнка! Понятия не имею, что внутри у демонов, но эта тварь рычала от боли.

Я найду у тебя все чувствительные места, тварь.

Старый Герберт дёргал головой. Рога мешали её вытащить. А демон был так зол, что не догадывался чуть повернуть башку.

— Бей его! — кричали Лия, стоя недалеко от нас.

Точно так же она кричала во время первого боя. Я зарядил противнику коленом, потом несколько раз врезал локтями. Судья ничего не сказал, значит, не запрещено.

Демон обхватил прутья лапами и начал раздвигать. Они затрещали, один лопнул, но я успел убраться до того, как тварь смогла впечатать меня в пол.

Старый Герберт зарычал от ярости и подлетел, хватаясь за прутья на потолке. Глаза светились ярко-жёлтым светом. Он целился в меня. Я остановился. Рискую, но что поделать.

Он рванул вниз, но ногами вперёд. Удар, который должен был превратить мои кости в пыль, прошёл мимо, я успел уклониться. Старый Герберт наполовину провалился в ринг, проломив твёрдую поверхность под покрытием и подняв кучу пыли.

Я прыгнул на него, делая сверхрискованный удар коленом. В цель, я отбил коленку от его клыки. Теперь другим коленом, ногой, ещё пяткой с разворота, и ещё раз! Прямой хай-кик в голову! Колено, локти!

Демон смотрел на меня, его жёлтые глаза покрылись пеленой. Толстые руки опустились. А я встал напротив и начал бить кулаками. Медленно, рассчитывая каждый удар.

Раз! Два!

— Три! — проорала толпа.

Они считали каждый мой удар, встречая особо жёсткие восторженным рёвом. Я бил ещё. Пот бежал по мне ручьём, мокрые волосы лезли в глаза, пыль от сломанных досок пола прилипала к телу.

Я ударил ещё раз. И тут рефери, Большой Маккарт грубо отпихнул меня. Я поскользнулся на собственном поту и чуть не упал.

— Раз! — начал считать он. — Два! Три! Четыре!

— Пять! — раздалось со всех сторон.

Все эти богатенькие зрители стояли возле клетки, обхватив прутья руками. На пальцах у многих видны перстни с драгоценными камнями, у всех красные.

Я нашёл взглядом Лию. Она улыбалась.

— Шесть! Семь!

Старый Герберт устало мотал головой.

— Восемь! Девять! Десять!

Толпа зашумела, как море во время шторма. Старый Герберт рухнул на спину. Но перед тем как вырубиться, он посмотрел на меня и начал шептать.

И почему-то я это услышал:

— Освободитель.

Но мне было некогда об этом задуматься. Все орали, забыв, что в начале боя меня освистали.