Ярлинги по рождению

Прямо как звёздное небо над головой. Только всё постоянно изменяется, двигаясь и переливаясь разными цветами. Гул голосов, множество эмоций. Запахи. Можно напрячься и различить тысячи запахов. Хотя, в основном, конечно, в воздухе разлилась жуткая смесь из запахов еды, дыма, лошадей с навозом и множества немытых, потных человеческих тел. Нет, на обонянии сейчас концентрироваться, наверное, не стоит.

Зрение. Ну тут особо смотреть не на что. Куча народа, от которого и так мельтешение в глазах.

Лучше слух потренировать.

Можно из общего гула отдельные разговоры вычленять.

— Я смотрю, он тебе нравится, — это вот Славка шепчет, к Агае обращается.

— Да, — тихий голос черноглазки был немного смущён.

— Почему?

— Ты знаешь, — Агая задумалась, — сначала своей бесшабашностью приглянулся и весёлостью. Ещё и помог из болота этого сбежать. А потом, чем дальше, тем больше я понимала, что он другой. Не такой, как все вокруг.

«Ух ты! Да это же они про меня! — дошло вдруг до Ярика. — Косточки мне перемыть решили!»

— Наши-то всё норовят сразу в тёмном углу зажать да под подол залезть.

А твой брат не такой. Он ко мне со всей обходительностью. Внимательный и добрый. И я прямо чувствую его желание...

— Это да, — перебила её Славка. — Желания у него полные штаны.

— Зачем ты так? Я про его желание быть со мной.

— Так и я про него, — голос у Славки ехидный и хитрый. — Это такое выражение образное.

«Ага, образное. Так я тебе и поверил, — хмыкнул Ярик. — Язва сибирская ты, сестрица!»

— Слушай, — совсем шёпотом спросила сестра, — а у тебя уже кто-то был?

Вопрос, конечно, любопытный, но подслушивать девчонок дальше было как-то неудобно.

И Ярик решил переключиться на кого-нибудь другого.

Мэтр, вытянув ноги к костру и привалившись к седлу, задавал крутого храпака. Устал старикан от всех этих приключений. Михо тоже спит. Но к его сну все уже привыкли. Которые сутки уже беспробудничает. Аура у него, кстати, почти совсем нормальная стала. Выздоравливает друган. Ну и слава Создателю, или кто там у них.

А вот и Гена с Муайто сидят беседуют. Тоже шепчутся в сторонке. Думают, не слышит их никто.

— Почему ты им служишь? — Нифига себе, вопросики орк выдаёт.

— Я им не служу. — У гоблина голос, словно кто ножом по стеклу скребёт. — С одними я договариваюсь, помогаю им или оказываю услуги. Для других выполняю работу за деньги. С некоторыми даже дружу. — Это он про него, про Ярика, что ли? — Коблы даже Древним не служили, как и вы, орки. Были вассалами, но не служили.