Балаган дьявола

- Что происходит? - спросила Инга у какого-то мужчины в старой замасленной рубахе.Тот ощерился беззубым ртом и не то прошамкал, не то прорычал.- Казнь! Жгут еретиков!И тут только Инга заметила, что посреди огромной площади был сооружен деревянный помост. На нём, облачённый в цвета свежей крови шелковой сутане стоял архиепископ монсеньор Стефан. Князь Церкви был древен. Он тяжело опирался о свой посох и мрачно хмурился, глядя в толпу.Несколько позади стоял обер-бургомистр. Он очень тяжело выносил всё это действо, ибо тяжело и долго болел.

Поэтому его под руки с двух сторон поддерживали двое гвардейцев. Обер-бургомистр изредка судорожно покашливал и кутался в свою соболью шубу, которую надел, даже несмотря на то, что на улице ещё только начиналась осень.Инга заметила ещё одного человека на помосте. Высокий старик, в черной широкополой шляпе с фазаньими и страусиными перьями. Наряженный в короткий, чёрный колет и высокие сапоги. С плеч спадал короткий плащ, подбитый горностаем. За кушаком торчали рукояти пистолей, а с пояса свисали рапира и кортик.- Кто это? - спросила Инга всё у того же мужчины.- Охотник. - снова оскалившись, хотя так было сложнее разговаривать ответил её вынужденный собеседник.Инга всё рассматривала охотника. Но он стоял очень далеко. Вдруг взор её сместился в сторону, и она ощутила липкое и неприятное чувство страха.Она увидела три огромных костра. Сложенных прямо в центре площади. Из земли торчали три высоченных, в три человеческих роста столба. Примерно посередине каждого был сложен небольшой помост, на который можно было взойти по лестнице. Под помостами аккуратно уложены дрова. Неимоверное количество дров.Инга подумала, что тех дров, которые собрали для сжигания всего троих еретиков, хватило бы, чтобы отапливать несколько домов целую неделю кряду.- Везут! - сказал кто-то в толпе. Инга устремила взор туда, куда и все люди. Слева, на Центральную площадь, заехала кавалькада, состоящая из девять черных всадников и повозки с железной клеткой на ней. В клетке сидело трое человек. Старик, оборванный в грязной серой рясе и мужчина с женщиной. Также немытые и со следами побоев на надменных лицах.Трио Нищих Пророков.Грегор Дюк стоявший на помосте морщился. Утро выдалось неприятным. Во всех смыслах. Во-первых, ему предшествовала бессонная ночь, проведённая с еретиками.