Последний реанорец. Том VII

Вот только уже в следующий момент голова невольно дёрнулись чуть вверх и вначале я посмотрел в глаза жизнерадостной Хельги, а затем впервые почти за полтора года встретился взглядом со своей драгоценной регаццой.

Я ожидал увидеть и ощутить разные эмоции. Печаль, горечь, тревогу, даже злобу. Но вместо этого от Риты я смог почувствовать лишь… радость. Светлую и ничем незамутнённую радость. Пару мгновений женщина стояла на одном месте, но уже в следующую секунду она резко дёрнулась, и я сразу же оказался в её нежных и заботливых объятиях.

Видит Бездна, мне впервые так стыдно за свой поступок.

‒ Прости, ‒ хрипло вырвался у меня из груди виноватый вздох. ‒ Я…

‒ Нет, ‒ горько сглатывая и подрагивая всем телом, тихо прошептала Рита на ухо, уткнувшись мне в шею и прикрыв пальчиками мой рот. ‒ Не вздумай просить прощения. Ты такой, какой есть. Ты сделал то, что должен был. Я люблю тебя именно таким. Не из-за меня тебе следует меняться. Я твоя регацца. Ты не виноват. И точка!

‒ Да! Вы не виноваты, дядя Зеантар! ‒ вдруг с довольной улыбкой, мазнув своими губами по моей щеке, серьезно изрекла Лиза.

‒ Тетя Хельга и тетя София сказали, что вы герой. Вы очень долго сражались с плохими дядями и очень сильно устали после всех этих своих дел. А потом ваша усталость передалась маме, потому как вы с ней связаны. И чтобы хорошенько отдохнуть, вам обоим пришлось слишком долго поспать.

Бездна, до чего это дитя всё-таки невинно. Стоп! Не понял юмора…

‒ Тетя София? ‒ сухо полюбопытствовал я у девочки, а после мой взгляд быстро перетек на фон Тек.

‒ Я ведь тебе говорила, ‒ пожала та безобидно плечами. ‒ К тому же ты как нельзя вовремя. У нас гости.

‒ Да, ‒ со счастливой улыбкой кивнула утвердительно малышка, а после взглянула в дверной проём на втором этаже, откуда и пожаловали обе женщины и сама Лиза. ‒ Анжелика! Тетя София! Вы где? Можете не прятаться! Дядя Зеантар вас не обидит. Он хороший.

Пару мгновений спустя начали раздаваться нерешительные шаги, и немного погодя из проёма показалась Разумовская, державшая за руку расстроенную дочь, которая то и дело бросала на меня печальные взгляды.

Вот как значит. Что ж, ладно. Так и быть. Это не смертельно.

‒ Здравствуй, сы… Захар. Прошу прощения… ваше преблагородие, ‒ с чуть тревожной и нервной улыбкой поприветствовала меня женщина. ‒ Извини, что без приглашения.

‒ Здравствуйте, дядя Захар, ‒ тихо проговорила Разумовская-младшая, теребя собственное платьице и продолжая с вселенской обидой смотреть то на меня, то на Лизу.