Некромант Серогорья

– Валяй, – выкрикнула Марта, будто плюнув в лицо.

– Можете отпустить наших коней. Они хорошо послужили. Вряд ли мы сюда вернёмся.

– Да не вопрос, – ухмыльнулась Даша. – Последняя воля умирающего – закон. Я видела кто идёт за Вами. Болото их задержит от силы на пару дней, а дальше вам конец.

Я промолчал. Пусть говорят, что хотят. Отсиживаться в стороне всегда проще.

Монг нехотя взобрался тоже, устроился почти у самого хвоста, где шипы с ладонь, и крепко ухватил два самых длинных, похожих на связку кинжалов.

Смерив опытным взглядом прочность шкуры, он удовлетворённо хмыкнул.

– Стрелой не возьмёшь, если только в глаз. А ведь ещё надо умудриться попасть. Ну что же, начальник, поднимай эту штуку в возлух. Как по мне, лучше свалиться с дракона, чем слушать этих самодовольных дур. Думают, если уровень выше, то лучше других.

— А разве не так? — спросила Руся. — Мы ведь живём в игровом мире, тут все построено на статах. Кто сильнее, тот и прав, а значит и лучше.

Монг посмотрел с укором.

— Не знаю как у вас, неписей, но у людей всë гораздо сложнее.

Есть воля к победе, есть сила духа, да внутренний стержень, в конце то концов. Верно говорю, Одуван?

— Верно. Но в тех девушках мне противно другое, – ответил, ткнув дракона пяткой под шею.

Мало кто знает уязвимое место. Там непробиваемые пластины немного расходятся, оставляя зазор с куриное яйцо. Если вблизи присмотреться, видно как гоняя кровь, пульсирует артерия. Один точный удар, и даже такой гигант свалится как срубленное дерево.

Но представить проще, чем сказать, тем более сделать. И всë же.

Фрост намёк понял, как и то, кто сидит сверху. В подтверждение, челюсть сухо клацнула, лапы приготовились толкнуть ящерицу в полёт. Под задом сильно тряхнуло. Меня повело вправо, затем придавило к спине, распластав вдоль твëрдых пластин. Дракон рывком оказался в воздухе, мощно заработали крылья. Спинной гребень распрямился, и один шип впился в бедро. Поморщился, но стерпел. При девушке стыдно показать слабость.

Воздушный поток бьëт в плечи, тяжело дышать, пошевелиться ещё труднее.

Собрав силы, посмотрел вниз. По коже пробежали мурашки. Голова закружилась от одной лишь мысли о падении, даже представил картинку летящего себя. Земля стремительно отдаляется. Фурий и след простыл, должно быть ушли в порталы, а возможно — спрятались, наблюдая. Говорят, их глава клана порой жестока к тем, кто нарушает приказ.

Непролазный камыш стал коричневым морем, что кончается у края горизонта.