Восхождение мастера карт

Хотя и мне следовало бы продемонстрировать горькое разочарование.

— Твою мать! — яростно заорал я, обессиленно упав на колени. Моя грудная клетка ходила ходуном, а на губах образовалась корка соли. — Кто это был?! Откуда они тут появились?!

— Ублюдки! — выхаркнула демонесса, вытирая кровь, хлещущую из разбитого во время падения носа. — Я найду их! Найду и убью!

— Они уже… далеко, — простонал израненный Аластар с таким видом, словно собирался прямо сейчас отдать концы. Ему в Башне досталось больше всех.

Кровь капала с брюха кота, а чуть ли не половина лишившейся шерсти кожи оказалась испятнана ранами.

— Это ты их сюда привёл, матрас ссаный?! — заголосил я, бешено глядя на него.

— Что ты себе позволяешь, мальчишка?! — окрысился кот, полыхнув затуманенными болью глазами.

— Эти уроды на грифонах могли тут ошиваться уже давно, — прошипела демонесса, поднявшись на ноги. — Кто-то вполне мог оставить их здесь, дабы они наблюдали за Башней и ждали героев, кои добудут-таки Венец.

— Логично, — хмыкнул я, почесав лысый затылок.

— Возможно, эту засаду некие силы устраивают каждый год. И вот удача наконец-то улыбнулась им. Но я не собираюсь кого-то догонять и отбирать Венец. Не у меня его отобрали. Я свой долг перед лешим отработал. Достал Венец из Башни. И вы тому свидетели.

— Как ты это сделал? — сощурила глаза демонесса. — Как убил Маргота? Как смог преодолеть атаку страхом?

— Злостью, — честно признался я. — Она дала мне несколько секунд. И их хватило на то, чтобы вытащить из твоих ножен меч и швырнуть его в Маргота.

Повезло, что клинок попал в него. И ещё нам повезло в том, что Маргот действительно использовал атаку страхом. Видать, он любил смотреть на корчащихся людей, которые сами себя убивают. Хоть какое-то веселье.

— Так просто?! — ахнул кот и шокировано добавил: — Теперь все обитатели Загробного мира будут потешаться над Марготом. Он ведь пал от руки мальчишки, да ещё столь нелепым образом.

Девонна посмотрела на меня цепким, изучающим взглядом и медленно проговорила, словно забивала гвозди в крышку моего гроба:

— Везение? Не думаю.

Скорее ты, и правда, часть пророчества. Именно оно вело тебя.

— Брось, — отмахнулся Аластар, шумно сглотнул и продолжил: — Слишком много нестыковок.

— Пророчества часто бывают не до конца верными, — задумчиво произнесла женщина, поправив упавший на лоб красный локон. — В этом говорилось о святой, проклятом и бессмертном. Святая имелась. Проклятый есть.