Недостойный сын

- Тута повеселее жить будет! Чегось изволите? Поедите или омовение вначале?

- Мыться! - не раздумывая, почти прокричал я. - Чувствую себя мусорной кучей, а не человеком!

- Понимаю. Оно завсегда так, когда в “кангановой хижине”- тюрьме для простолюдинов, стал быть, отсидишь! Вот, помню, с десяток рундин назад…

- Воды! Много и тёплой! Нет! Горячей! Всё тело зудит от грязи!

- Ох, прощения просим! Опять заболтался! Щас бездельников позову - всё будет!

Два дюжих хлопца сноровисто натаскали воды.

От их предложения банных услуг наотрез отказался и, забравшись в чан, долго тёр себя мочалкой из коры какого-то дерева, обильно посыпая розовым пенистым порошком. Ополоснулся, вытерся насухо и, облачившись в новую, заботливо принесённую Патлоком одежду, снова направился к зеркалу.

Да! Так намного лучше! Теперь вижу, что не простых кровей, а благородных! Оранжевая блестящая сорочка, накинутый на неё жилет, штаны с лёгким галифе и невысокие мягкие сапоги - всё сидело как влитое.

И пусть одежда была с лёгким намёком на небрежность, но это только подчёркивало её дороговизну. Даже недельная небритость была к месту, придавая некую ироничную мужественность.

Долго рассматривал себя, придавая телу различные картинные позы и строя гримасы. С мимикой ещё надо поработать - привык к прошлому невзрачному лицу и пытаюсь скрыть дефекты стёршихся от времени зубов или блёклость старческих глаз. А тут всё “новенькое”, не потасканное жизнью и фотомодельное. Шикарный, этот Ладомолиус, мужик! Яхту на задний план, пару красоток в бикини, и готова обложка для модного журнала! Но чего нет, того нет - только любопытная морда Болтуна иногда мелькала в отражении за моим широким плечом.

- Вы, ри Ликкарт, прям, как первый раз себя видите! - наконец, не выдержал он длительного молчания. - Моя Пунцерия и то меньше у зеркала крутится! Осторожнее с ним! Врать не буду - сам не видел, но один знакомый рассказывал, что у его троюродного деда был свояк, который тоже пялился, пялился в стекляшку проклятую, а потом упал замертво! Сам помер, а отражение стоять осталось! Видать, душу себе зеркало забрало!

- Чушь! - не поворачивая головы, ответил я.

- И прав ты, Болтун,! Снова к себе, к почти свободному человеку привыкаю после серых стен и прелой соломы. Как заново родился!

- Так, попривыкать и потом можно! Сейчас бы поесть не мешало… Специально голодом себя морил, чтобы всё с вашего стола попробовать.