Левый берег

Желаю удачи!

Каспер Джон.

Адин коснулась моего плеча, и, глядя на остывающий труп, сказала:

- Магди, ты оказал человечеству услугу настолько бесценную, что оно вряд ли когда-нибудь ее оплатит.

- Пусть человечество не спешит, - улыбнулся я, - меня не интересует плата за трупы злодеев. Бескорыстно совершённый, настоящий поступок, ставит на одном из имеющихся моих грехов печать — оплачено.

Спрятав письмо в сумку, я еще раз взглянул на то, что когда-то было Патриком – палачом и сказал:

- Пора валить отсюда…

Конечно, жителей Иама вряд ли можно удивить видом валяющихся то там, то тут трупов.

Тем более, что тело Патрика вряд ли останется в той сохранности, в которой мы оставили его в глухом месте за забегаловкой «Огонь да рыба». Ночные земляные собаки гайшу, наверняка уже требушат грешный прах верного мухарида слепого Каспера. А с рассветом его останки растащат предприимчивые владельцы жрален, чтобы перекрутить его в фарш и реализовать доверчивым поселенцам столицы в виде котлет. Однако, случайная встреча с луцевским патрулем на месте убийства не входила в мои планы.

Мы пошли, держась правой стороны улицы, которая погрузилась в такой мрак, что тьма самой ничтожной человеческой души показалась бы в сравнении с ним мягким сиянием.

В глухой подворотне здоровяк с совершенно лысой головой пытался изнасиловать женщину, которая повизгивая, пыталась вырваться из его стальных объятий. При нашем появлении насильник выхватил нож, однако, оценив шансы, ретировался, стуча подошвами туфель так, как барабанные палочки военного барабана бьют сигнал тревоги.

Дама бросилась к нам с благодарностью:

- Как я вам признательна! Вы спасли мою честь, а может и жизнь! – пафосно говорила она, заламывая руки, - чем я могу отблагодарить вас? Я вижу вы устали с дороги – моя мама владелица гостиницы, здесь неподалеку…

И она рассказала нам, как ее найти.

- К сожалению, я не могу вас сопровождать. Но мама – человек исключительной доброты. Она будет вам очень полезна…

Вскоре мы увидели ночлежку, на двери которой висел на растрепанной веревке деревянный молоток.

Взойдя по высоким ступеням на площадку с ограждением, я постучал.

Через минуту дверь приоткрылась, и маленькие колючие глаза толстой неряшливой женщины средних лет уставились на меня.

- Что хотели?

- Два места на одну ночь. Вас рекомендовала ваша дочь, как отзывчивого человека.

Тетка вытянула замызганную шею на два дюйма, внимательно оглядев Адин.

- Двадцать монет. Спать будете в одной комнате.