Ренард. Щенок с острыми зубами

Наказать всех причастных. Воздать.

Ренард ещё сам толком не осознал, но у него появилась Цель. Именно так, с прописной буквы. А когда есть Цель, человек перестаёт замечать вторичное, становится жёстким и нечувствительным к мелочам. И это подействовало лучше всех заговоров и снадобий тётки Клодины. К Ренарду вернулось желание жить, и кровь веселее забурлила по жилам. А раны и кости стали быстрей зарастать.

На двадцать первый день Ренард поднялся с постели. Здоровый, голодный и злой. И взрослый, несмотря на свои четырнадцать лет.

***

Когда Симонет его увидала, она охнула, всплеснула руками и плюхнулась толстым задом на табурет.

- Худющий-то, какой стал, — воскликнула стряпуха и, опомнившись, вскочила, заметалась по кухне и загрохотала посудой.

А потом стояла, в умилении сложив руки у щеки, и смотрела, как Ренард с аппетитом уплетает луковый суп, закусывая краюхой ржаного хлеба.

- А мяса у тебя, случайно, нет? — спросил он, протянув тарелку за добавкой.

- Клодина строго-настрого запретила мясное, — ответила Симонет, щедро плеснув из половника, и отрезала большим ножом новый ломоть от буханки.

- Как матушка? — поинтересовался Ренард, проглотив очередную ложку.

- Ох, и не спрашивай, — сокрушённо взмахнула рукою стряпуха. — Госпожа Орабель чуть рассудком не тронулась, едва отходили. Теперь, то в церкви поклоны бьёт, то у себя в спальне молится, просит Триединого о чуде.

Лицо Ренарда застыло на миг — он-то знал, что чуда не будет — но ничего не сказал.

- Отец?

- Горюет. Распорядился близ имения лес вырубить, да на нужды церкви отдать. Говорят, будут какую-то казарму для храмовников строить, а уж тех понаехало…

Симонет не закончила говорить, как стукнула входная дверь, послышались тяжёлые шаги и на кухню вошёл сам де Креньян. Ренард вскочил навстречу родителю, хотел рассказать, объяснить. О друиде, о тёмных силах, о культе запретных богинь. Как бился в неравном бою, как защищал… Что не подвёл, не посрамил честь рода…

Но отец лишь смерил его тяжёлым взглядом, сухо кивнул и приказал Симонет:

- Сегодня у нас к ужину гости будут.

- Кого ждём? — уточнила кухарка.

Её на самом деле интересовало лишь количество гостей, но де Креньян ответил в подробностях:

- Сержанта храмовников и преподобного Онезима. Будем думать, как ересь отваживать от наших земель.

Отец вышел, а Ренард поник головой.