Сказки Монашки 17. Кто прав, кто неправ. Я не знаю.

Влага ушла, как у пересохший колодец. Осталось лишь во рту приятное послевкусие. Я стряхнул в рот последние капли из ведра.— Командор, добавить? — мягко поинтересовался Одиссей.— Спасибо, нет. Но как ты узнаёшь, сколько мне требуется?— Я не могу объяснить, как ваш организм мне об этом сообщает, ибо таких программ во мне не заложено. В данном случае, чтобы восполнить энергию организма, вы съели пищи почти равную пяти объёмам своего тела.— И как в меня могло столько уместиться? У меня в первые же секунды лопнул бы желудок.

— Простите, командор, но вы не правы. Всё дело в скорости переработки или, как вы говорите, метаболизме. Пища, лишь успев попасть к вам в желудок, моментально превращается в необходимую энергию. Скорость преобразования ограничивается лишь скоростью поступления. Которая в миллионы раз ниже.— Тогда объясни мне, почему на пикнике желудок полностью наполняется пищей и никуда она оттуда не исчезает.— Всё верно, пища переработается, пока организму требуется энергия. При превышении она остаётся в желудке. — Ладно. Уговорил. А не подскажешь, что за несколько знакомых блюд ты мне сегодня подсовывал? Что-то мне кажется, что они естественного происхождения, а не искусственного.— А вы как думаете?— Решил позадрачивать? — я, как киноленту, начать проматывать свою трапезу. Стоп! Вяленое филе рыбы Арапаймы. А вот два десятка пирожков Триады. Нет, только девятнадцать, — Одиссей, мать твою за ногу! Ты зачем мародёрствуешь?— Если и мародёрствую, то лишь у себя на борту, — невозмутимый ответ бортового компа, — во время боевой тревоги вы всё посбрасывали на борт Кроноса. А он пришвартован у меня на борту. Значит то, что в моих ангарах, всё моё.— Молодец. Выкрутился. Расскажи, когда я превратился в монстра, способного съедать больше своего веса?— Командор, вы уже давно иной. И даже строение внутренних органов отличается от того, когда вы встретились с генералом Лией.Возникла голограмма крепкого мужчины лет тридцати, в котором я с трудом узнал себя (уже Бог знает столько времени не смотрелся в зеркало). Непропорционально широкая грудная клетка, впалый живот. Мощные, но не перекаченные мышцы. Нигде ни малейшего намёка на жировые отложения. Всё слишком уж рационально. На лице ни малейших признаков небритости. Хотя я прекрасно помню, что уже не брился целые столетия и даже не задумывался почему. Ногти на руках и ногах будто только-что подстриженные. На голове короткий ёжик, но не стригся точно целые тысячелетия.