Багряный рассвет

И, конечно, надежная длинная рукоять, покрытая шершавой рыбьей кожей. Окровавленные ладони совсем не скользили по ней, давая хороший хват. Металл холодно блеснул в свете костра, придавая уверенности.

Встречая первого противника, тело парня с легкостью поддалось рефлексам, почти самовольно выполняя одну из давным-давно заученных боевых комбинаций. Уйти влево, одновременно поднырнуть под оружие противника, и нанести рубящий удар из нижней кварты. Клинок без труда рассек одежду и плоть под рукой бандита. Пропустить мимо орущее тело, падающее на землю.

Следующий.

Новый разбойник попытался раскроить парню голову, совсем не понимая, кто здесь на самом деле жертва. Моран встретил саблю противника в верхней позиции. Он позволил клинку противника соскользнуть вниз, вдоль лезвия своего меча, а затем воспользовался накопившимся импульсом для ответного удара. Шихонский меч перечеркнул бандита по косой, без особого труда рассекая ключицу, плоть на груди, и мягкое брюхо. Кровь снова ударила из ран, но Моран уже не чувствовал долетавших до него теплых брызг.

Зато он четко чувствовал, как просыпается его все еще непослушный дар. От парня будто потянулись в стороны тысячи фантомных рук, прощупывая все пространство на три шага вокруг. Темнота перестала быть проблемой. Моран осязал каждый листик под ногами, остатки горящего рядом костра и движение теплых воздушных потоков. Парень мог в подробностях описать каждый изгиб раны на груди упавшего только что разбойника, знал, где лежит выпавшая из его рук сабля. И чувствовал новую угрозу.

Коротким рывком он ушел вправо, избегая встречи с острием копья. Тело, будто обретя собственную волю, совершало движения, не дожидаясь решения мозга. Увернуться, еще раз. Отбить наконечник в сторону, нарушив баланс противника. Стремительный бросок вперед, укол. Разбойник вскрикивает отшатываясь назад. Не давать ему и шанса! Короткий резкий взмах, и бандит с воплем роняет копье, хватаясь за разрубленное лицо. Он больше не боец.

Следующий, следующий, следующий...

Любой экзамен мальфаров не зря носил свое название.

И Испытание Кровью не являлось исключением. Многие ученики понимали, что придется пролить кровь. Вот только мало кто догадывался, что речь идет не только о крови предполагаемой жертвы, но и о самом ученике, а также его побратимах. Кровь связывала все воедино. Долг, служение, братство. Давала понимание того, что за все победы приходится платить. Иногда — очень большую цену. И это позволяло осознать грядущий путь мальфара.