Багряный рассвет

Олаф все еще сопротивлялся – сказывался вес парня. Но и он сидел с пустым взглядом, постоянно клюя носом.

«Что ты им подмешала, старуха?» – хотел воскликнуть Эсте, вскакивая с места. Но не получилось ни первого, ни второго. Язык не слушался почти полностью… хотя нет, скорее голосовые связки отказались работать. А ноги словно потеряли свою твердую форму и стекли куда-то под лавку. При этом юноша сохранял полную ясность ума. Парень попробовал призвать крыло, но и тут ничего не вышло. Тогда он уставился на знахарку со всей ненавистью, которую только мог выразить.

- Ну чего глядишь, будто выпотрошить хочешь? – произнесла старуха резко изменившимся голосом. Мягким, молодым, лишившимся всякого деревенского говора. – Я слишком долго ждала этой встречи, чтобы кто-нибудь из вас испортил все какой-нибудь глупой выходкой. Для спасения твоего друга мне понадобится тишина и все оставшиеся в этом теле силы.

Пространство вокруг знахарки поплыло, изменяя как ее саму, там внутренне убранство помещения. Зажатая комната расширилась, превратившись в просторную гостиную, обросла убранством на стенах и резными дверными проемами в соседние помещения.

Камин вырос двое, покрылся лепниной и пыхнул жаром. Потолок поднялся ощутимо выше, а пол устелили красочные ковры из султаната. Неизменным остался лишь стол, на котором лежало двое несчастных.

В то же время хозяйка дома молодела, словно кто-то стремительно листал годы ее жизни вспять. Морщинистая кожа сгладилась, хилые седые волосы сменились пышными рыжими кудрями.

Мудрые глаза зажглись золотом. Одеяние старухи испарилось, уступив место повседневному, но утонченному убранству, с надетым поверх белоснежным фартуком. Теперь перед Эсте стояла красивая женщина в полном расцвете сил. Та, чья внешность могла сгубить множество мужских сердец.

Апофеозом всему стало явление ворона. Большая черная птица выпорхнула из тени своей хозяйки, огласив дом громким карканьем. Она взмахнула крыльями и приземлилась на край стола, уставившись на парня черными бусинами глаз.

Даже будь у Эсте возможность говорить, он бы потерял дар речи. На его глазах творилась магия! Причем без энергетических кристаллов, наполненных силой, которые являлись единственным источником чар в Катрии еще со времен эпохи магов. Этой ведьме вообще не требовалось никаких подручных средств. Юноше хотелось бы списать все на действие некоего галлюциногена, подмешанного в напиток, но сознание казалось слишком чистым, чтобы верить в таковое.