Багряный рассвет

За эти несколько минут вниз никто так и не спустился, а значит, наверху все либо лежат в отключке, либо даже не подозревают, что внизу что-то произошло. В обоих случаях рассчитывать на подкрепление не приходится. Следовательно, расхлебывать ситуацию придется ему самому. Происходящее с юношей, вызывало вполне конкретные опасения. Весь многолетний опыт службы мальфаром буквально кричал Орвэну о том, что произошел ментальный прорыв, не почему-то оставивший по себе следов, и что Эсте вот-вот станет одержимым. А если все так, то скоро боль юноши усилится, затем его тело начнет резко изменяться, набирать массу, перестраиваться, и уже через несколько минут, вместо несчастного паренька, в комнате окажется уродливое чудовище, желающее сожрать всё живое вокруг.

Вариантов действий у мальфара оставалось совсем мало. Искать наручники из черной стали для усмирения одержимости просто не было времени. Да и бросить парня без присмотра он не мог. Оставался всего один вариант: избавить Эсте от страданий. Орвэну очень не нравилась такая перспектива, но безопасность Доминиона стоила гораздо дороже жизни одного ученика.

Возможно, Эсте что-то почувствовал, потому как на мгновение их взгляды встретились. И парень все понял. Попытался что-то сказать, но губы его не слушались. Похоже дрожал он уже не от боли, а от страха, из всех сил качая головой.

Мальфар отпустил плечо юноши, которому пришлось опереться на руки, чтобы не упасть.

- Мне очень жаль, парень. Я постараюсь сделать всё быстро и безболезненно.

* * *

Эсте, пересилив слабость, поднял голову. Он видел, как рука Орвэна поднялась вверх. Видел, как воздетый к потолку клинок, начал стремительно опускаться. Время замедлилось, сделавшись густым и тягучим, как смола. Вопреки всеобщим убеждениям, перед глазами парня не промелькнула вся его жизнь. Он видел лишь неумолимо приближающуюся гибель, а в сознании билась всего одна мысль: «Жить! Хочу жить!». И в тот момент, когда клинок был уже настолько близко, что начал расплываться в глазах, мысль обрела физическую форму.

Лишь спустя минуту Эсте снова пришел в себя. Он все так же сидел на полу, а вокруг царили хаос и разруха. Зал был полностью уничтожен, оборудование разрушено. Всех тех, кто лежал на полу и оказался слишком близко к юноше, просто разорвало на части. А все, что осталось от мастера Орвэна – это кровавая жижа, темно-красным веером расплесканная по камням.