Школа на краю империи

А заодно в фармацевтику. Попутно усовершенствовались поезда и пароходы, а отважные полярники бороздили суровые небеса на модифицированных дирижаблях. Делаю вывод, что ни боевой авиацией, ни атомными субмаринами здесь и не пахнет. Как, собственно, и взрывоопасными АЭС.

Спорт меня умилил.

Ладно, не умилил. Шокировал. Футбол есть, но какой-то жёсткий, там чуть ли не дерутся на полях. Очень популярны гонки, причём не на болидах Формулы-1, а на укреплённых грузовиках по бездорожью на выживание. Само собой, боевые искусства.

И схватки механикусов, в основном — полулегальные. По телеку такое не показывают, но вскользь упоминают о том, что полиция кого-то там задержала, а этот «кто-то» участвовал в гладиаторской мехобитве.

На прогноз погоды я забил болт.

У меня остаётся ровно два дня, чтобы устроиться на работу, как можно больше узнать об этом мире и сварганить себе подходящее оружие. Кастет — это хорошо. Лучше, чем ничего. Вот только мои свежеиспечённые одноклассники будут иметь при себе ножи, мечи и топоры.

Люди в этой реальности, насколько я понял, не заморачиваются доспехами и делают ставку на виртуозное владение клинками. Не лучший подарок для киллера, привыкшего в двух предыдущих инкарнациях к огнестрелу. Придётся извлекать из пыльного чуланчика гладиаторские навыки.

Да мало ли, к чему ты привык, Крикс.

Пора отвыкать.

— Куда? — спросила Джан.

Надев рубашку, шорты и мокасины, я уже взялся за ручку входной двери. Рюкзак с кастетом на спине, мятая пятёрка и монеты рассованы по карманам.

Весь мой капитал на сегодняшний день.

— Съезжу в город.

— Прям так и съездишь? — моя новая подруга изогнула бровь. — На чём, если не секрет? И куда?

— Разберусь.

— Ну, смотри. А в ПСП пойдём сегодня?

Ответ у меня уже был заготовлен:

— Не хочу там светиться.

— Правильно, — одобрила Джан. — Мой тебе совет: поезжай на автобусе. Там контролёров почти нет, а на канатку без билета не пустят.

— Понял.

— И телефон наш запиши, — добавила девушка.

— А что... уже провели?

Джан молча указала в угол прихожей.

На допотопной лакированной этажерке красовался стационарный проводной аппарат. Наборный диск, изогнутая трубка, покрытые хромом детали. Дорого-богато. Прямо как в бразильских сериалах, которые в начале «девяностых» смотрела моя покойная мама. Хм, моя последняя покойная мама...

— Четыреста двадцать два ноль пять ноль пять, — сообщил Бродяга.

— Блатной номерок, — хмыкнул я.

— Чего? — переспросила Джан.

— Забудь, — отмахнулся я.