Ренард. Цепной пёс инквизиции

Трое из будущей стражи и один «настоящий воин», несостоявшийся, правда. Дидье обвёл их мутным взглядом, словно испытал приступ тяжелейшего похмелья, с трудом пришёл в себя и вкинул меч в ножны.

- Уведи, — кивнул он Леджеру.

С этим его решением Ренард был согласен. Не меч и доспехи делают воина, в бою важен дух. А дух он или есть или нет, своего не добавишь. Так что всё верно, от таких лучше сразу избавиться. Впрочем, не все разделяли его точку зрения, многие задумчиво притихли, хоть мысли и держали при себе.

- А теперь… — всё ещё хмурясь, продолжил старший наставник, но его перебили.

- Обед? — с надеждой в голосе ляпнул Пухлый.

Жирдяю прилетело сразу со всех сторон.

- Тупоголовый, ты зачем его злишь? Давно палкой не били?— зашипели ему в оба уха не на шутку перепуганные новобранцы.

Впрочем, Пухлый сам же себе и накликал.

- Ты, — поманил его пальцем Дидье. — Ко мне!

Жирдяй понурился и покинул строй под злорадные смешки отроков. Но вместо наказания, подоспевший сержант Брис всучил ему большой арбалет и какую-то непонятную кривулю.

- Натягивай, — приказал тот.

Понимания в глазах отрока не прибавилось. Он продолжал смотреть как баран на новые ворота, переводя взгляд с кривули на арбалет и обратно.

- Носком упрись в стремя, «козью ногу» накинь вот сюда и зацепи тетиву, — пояснил Брис затупившему новобранцу.

Пухлый завертел головой.

- Чего потерял?

- Лошадь ищу, — совершенно серьёзно ответил тот. — И козу.

- Ты совсем недоумок?!

- А как же… Сами же сказали… стремя, козья нога…

- Господи наш, Триединый, — Дидье с размаху хлопнул себя ладонью по лбу.

Вопрос был риторическим, поэтому ответа не требовал, но разозлился даже сержант.

- Это — сюда! Это — сюда! Это — сюда!

Брис цапнул жирдяя за голенище, вбил сапог стопой в стремя, сунул кривулю ему в правую руку, схватил за толстую шею, пригнул:

- Натягивай!

- Так бы сразу и сказали…

Пухлый наконец уяснил, что от него хотят, но на этот раз его озадачило устройство «козьей ноги».

- Не надо этого, я лучше так… — отрок вцепился двумя руками в тетиву, рванул что было сил и, ожидаемо перестарался. — Ой!

Тетива звонко лопнула и повисла разлохмаченными шнурками на распрямившихся плечах арбалета.

- Дери тебя Семеро! — в сердцах воскликнул Дидье. — Сплошная морока от вас.

- Сами виноваты, — обиженно буркнул жирдяй.