Ошейник для Лисицы 2

Неожиданно я понял, что сижу на месте кучера с поводьями в лапах, а за спиной повозка, доверху набитая золотом, которого мне хватит на оставшуюся жизнь, причём честную — с уплатой всех налогов и долгов. И даже если я верну всё, что я украл, у меня ещё много останется.

Искушение было очень велико, но его победило осознание того, что как только я украду всё, мне за эту работу на честных основаниях выдадут две такие суммы. Было, конечно, чем пожертвовать, но награда за мой труд вполне достойная.

Я быстро перебрался под повозку так, что никто из эвов меня не увидел и даже не учуял. Они начали разгружать карету, перенося ящики на небольшой корабль у пристани — похоже, он служил челноком между портом и кораблём. Всего эвов было двое, причём те же самые, которые таскали груз из казны. Одного я даже узнал — того, кто меня учуял. Они ходили парой, и больше никого на пристани не было. Это было очень рискованно, но мне вдруг захотелось опробовать свою удачу.

Как только волк, учуявший меня в казне, подобрал очередной ящик, я прицепился к его дну — благо, перекладины шли достаточно редко, что бы можно было спокойно зацепиться передними и задними лапами. Я уже заволновался, когда эв чуть не уронил ящик с золотом, но он всё-таки удержал его и понёс его вместе со мной к судну.

— Чего они туда понапихали? Совсем уже…

— Да, дружище, если бы не мы с тобой, эти выродки попыхтели бы, пока перетащили все это.

Ну да, будто они не знают, откуда сами взялись! Из пробирки одного волка, в который были намешаны такие ингредиенты, что с тех пор, как я это увидел, я понял, что добровольно никогда не соглашусь выпить это.

Как раз перед тем, как ящик должны были уложить в штабель, я отлепился от него и, шмыгнув под ногами эва, юркнул в щель между штабелем и бортом. Эвы этого не заметили и отправились за предпоследней партией, а я тем временем выскользнул из своего укрытия и быстро подкрался к капитанской каюте.

Там уже сидел знакомый барсук, заполнял какие-то бумаги. Я прижал ухо к деревянной стенке… и ничерта не услышал, хотя был уверен, что начальник стражи разговаривает о чём-то с капитаном маленького судна. Эвы как раз укладывали в штабель последние ящики, и, неловко развернувшись, один из них грохнул своей ношей по стенке каюты. Внутри что-то упало, и из дверей вылетел разъярённый барсук, взбешённый, как разорённый пчелиный улей.