Ошейник для Лисицы 2

Что произошло в следующее мгновение — я почти не успел заметить, а Мирумас от такого зрелища забыл махать крыльями, и мы провалились вниз, словно в воздушную яму. Клинки противников буквально сплелись в смертоносном танце. Но и сами лисы не уступали им в своей красоте: таких потрясающе красивых и выверенных движений я не мог себе и представить. Как только не извивались они, уклоняясь от ударов и нанося их! Бойцы принимали причудливые позы, и каждое их движение несло в себе смерть. Смерть жестокую, быструю, от которой невозможно уклониться…

Но вдруг чёрный лис замер.

Над ареной воцарилась мёртвая тишина, даже Мирумас старался махать крыльями потише.

С Чёрного спали штаны…

Грохнул оглушительный хохот. Белая лисица взяла оба меча в одну лапу, приподняла когтем повязку на глазах и ухмыльнулась. Чёрный, словно увидев это, подпрыгнул, махнул ногами, отбрасывая порванную одежду, и снова бросился на соперницу. Белая лиса вернула повязку на место и снова взяла меч в другую лапу.

Теперь танец смертоносных лезвий стал ещё причудливей, яростней, опасней. Удары следовали один за другим, а связки с каждой секундой становились всё сложнее. Я во все глаза следил за этим сражением, но моей быстроты реакции просто не хватало на то, чтобы запомнить используемые ими приёмы. Я и за месяц не смог бы всё это повторить, а они проводили сложнейшие связки за секунды!

И спустя сто двадцать секунд настало время теперь уже лисице замереть в ожидании. Чёрный немедленно приподнял свою повязку, поглядывая на соперницу.

Одежду лисицы покрывали множественные порезы, превратившие её в лохмотья, и лиса парой быстрых движений избавилась от них, оставшись в одном белье.

О, лисы возликовали! Все кричали в поддержку лиса и получали свои выигрыши. Чёрный и Белая слегка поклонились друг другу и сняли повязки с глаз. Хотя на ли́се не было штанов, он вполне мог оставаться в таком положении: шерсть всё надёжно прикрывала. А вот раздетой самочке пришлось немного хуже: она осталась в вызывающем красном белье, которое удивительно контрастировало с её белоснежной шерстью.

Не знаю почему, но на моей памяти все лисицы предпочитали именно красное, особенно Флёр. Эмерлина в выборе такой интимной части гардероба была более консервативна.

Я даже не заметил, как Мирумас снизился и поставил меня на землю. Затёкшие за полёт лапы отозвались резкой болью, и я сделал несколько шагов, стараясь не сильно кривиться.