ЧОП "ЗАРЯ". Книга вторая

Они и так на меня косились, с момента, как узнали, что я мнемоник и своей путевке в северную часть шахты они мне обязаны.

Косились, но молчали. Хотя они все время молчали, говорил только Пахом. Они даже имена не назвали, их главный представлял: Иван, Федор, Фрол и Арсений. Вот только я не запомнил, кто есть кто — такие себе четверо из ларца, одинаковых с лица.

А, может, это называется дисциплина. Не очень знакомое для «Зари» понятие. Но вот то, что «гвардейцы» не дали заднюю, а, наоборот, нацелились на повышенный гонорар — это уже было по-нашему.

Гидеон подошел к стене, на которой уже кто-то мелом начертил овал, похожий на нолик. Почесал затылок, а потом размашисто перечеркнул снизу-вверх. Посмотрел на часы и в верхней половинке написал дату и время, а в нижней поставил цифру семь и, вдавливая мел по нескольку раз, вывел: «СГ» и «ЧОП».

Я вспомнил, что у некоторых ответвлений я уже видел подобное, но решил, что это что-то шахтерское. Удобно, когда рации еще не изобрели, а магические переговорники стоят бешеных денег.

— А если мы насквозь пройдем и с другого выхода выйдем, надо будет возвращаться, чтобы галочку поставить? — я потянул Гидеона за рукав, чтобы «гвардейцы» не слышали компрометирующих меня вопросов.

— Вернуться нужно будет к тому, кто сюда пошлет или не пошлет подмогу за нами.

— А геолог тоже этим тайным языком настенной живописи владеет? — что-то я задумался, много разных знаков видел по дороге, но не знал, что на них надо обращать внимание, и сейчас на углу стены была царапина, очень похожая на стрелку.

— Да, кто же его знает, — Гидеон поднял фонарь повыше и посветил в темный проход. — Но следы какие-то есть, будто кто-то здесь пробежал. Так что ходу.

По сравнению с центральным тоннелем отнорок сжали раза в три. Места осталось только для одной узкой колеи, да и то, мне кажется, что вагонетка должна была стены царапать. Узенько, тесно и в полный рост не встать, будто передвигаться здесь можно было, только наклонившись и толкая тележку.

Я пошел вперед, выставив перед собой ружье, за мной Гидеон с фонарем над моим плечом, а потом уже «гвардейцы», растянувшись так, чтоб друг дружку штыками в зад не толкать, в случае резкой остановки.

Я слышал какие-то шорохи, будто камушки по стене скатились, где-то очень далеко опять послышались выстрелы, и тяжелое, прерывистое дыхание. К которому еще и запах сивушных трав добавлялся. Блин, с такой пыхтелкой над ухом можно было даже не стараться, учуять или услышать опасность.