Пустота под масками

Парень сбавил шаг и принялся прорабатывать план действий. Начать стоило с Егора: если согласится он, то Максим не будет сомневаться ни минуты. Опасения вызывал Виктор. Денис подозревал, что именно он сдал парней после истории с разбитым стеклом машины – уж очень быстро ребят тогда вычислили. Доказательств не было, так что сказать об этом в открытую означало посеять раздор внутри команды, а там уже ссоры, драки, и в итоге Денис мог лишиться помощников. Действовать следовало умнее, а для этого требовалось встретиться с Егором наедине.

Он поднялся на свой этаж, остановился у двери, глубоко вздохнул, нацепил лицо загруженного уроками или другими тяжелыми, но важными делами сына и открыл дверь.

В квартире стоял запах стряпни, на кухне звенели ложки и чашки, лязгнула крышка чайника, и раздался писк включающейся электроплиты. Учитывая, что маму час назад бесцеремонно отбрили, Денис ожидал увидеть что угодно, вплоть до новой порции рассыпанных по полу таблеток, но только не это. Послышался быстрый топот, и в коридор выглянула мама.

– Привет! Заходи давай, чего стоишь, я поставила твой любимый сливовый пирог, скоро будет готов. Как в детстве, помнишь?

– Помню. – Денис медленно стянул кроссовки. Мать мельком улыбнулась ему и тут же нырнула обратно на кухню.

Он понял, что такие перемены возможны только при наличии внешнего воздействия. Это не было похоже на маму, и запах сливового пирога он не чувствовал уже лет шесть.

«Значит, тебе уже позвонили. Как ты восприняла это? Зачем пирог?»

Переодевшись в домашнее, Денис на всякий случай осмотрел комнату – ничего не изменилось.

Никаких внезапных обысков. «Да, дело точно в звонке. Пирог – попытка изобразить искренность, выйти на серьезный разговор, достучаться до воспоминаний. Сработало: слюнки уже текут, и разум улетает в далекие времена, когда мир казался красочным, а самой большой проблемой было отвалившееся у игрушечной машинки колесо. Но какое решение ты хочешь продавить?..»

– Минут десять – и будет готово! – послышался мамин голос.

– Хорошо, – широко улыбнувшись, крикнул Денис, помня, что улыбку слышно по голосу.

«…Решение серьезное, важное… Ты им отказала?! Мы выходим из общины?» Какая-то необъяснимая радость поднялась из его живота и, дойдя до лица, растянула рот в дурацкой улыбке. К своему удивлению, несколько секунд Денис не мог ее стереть. Вскоре он сдался и перестал даже пытаться бороться с ней. «Вика – я все равно буду с ней общаться. Если мама не будет мешать, то мы справимся.