Временщик 4

Румис смог воссоздать лишь примерную часть. Смотри туда.

Наши преследователи уже бежали растянувшейся цепью и продолжали сокращать расстояние. Точнее, его сокращал Летрен, опережая всех остальных. Он даже несколько раз выстрелил из какого-то магического огнестрела. Однако «кошак» то и дело проворно уворачивался. Да, ловок ты, брат, невероятно, но не так быстр, как я думал. Еще минута — и все будет кончено.

Но стоило об этом подумать, как что-то произошло. Звук, заполнивший все пространство вокруг, напоминал рвущийся плотный лист бумаги, поднесенной к микрофону.

Ни молний, ни светопреставления, однако с каждой секундой становилось громче. Казалось, будто разрушается само мироздание. И об этом подумал не только я.

Все, кто был в каньоне, не сговариваясь остановились. Преследователи тревожно смотрели на Летрена, а тот испуганно — да-да, именно испуганно — обернулся к своим существам, точно ища поддержки.

Первым опомнился «кошак». Он не стал дослушивать поражающий по своей громкости звук, а пропал.

Точнее, так мне показалось. Летрен завопил, как умеют кричать только кроколюды, широко раззявив пасть и колотя руками воздух. А после махнул, и вся пятерка побежала обратно. Причем не менее быстро, чем неслась сюда. Будто теперь кто-то гнался уже за ними. Любопытно.

Впрочем, меня интересовал пантероподобный. Куда он мог деться? Ответ подсказал Ораэль, вытянув руку. Ага, вот оно что. Видимо, именно где-то здесь, внизу, и находился проход в этот чертов Лабиринт, потому что среди столпов я увидел мелькнувшую черную шкуру.

«Кошак» решил, что это место не такое уж плохое, всяко лучше, чем оказаться в зубах кроколюда.

Рвущийся звук раздался еще ближе. Зазвенели барабанные перепонки, пошла мурашками кожа, сердце застучало сильнее. Я готов был броситься со скалы вниз и пуститься вслед за Летреном, лишь бы не слышать все это. К моему счастью, Ораэль испытывал нечто подобное.

— Румис, все!

И нас выплюнуло обратно. Я стоял в натопленной комнате, держа Модификатора и иорольфа за руки.

Позади них сидел кроколюд. Сейчас я заметил, как он постарел по сравнению с тем, только что виденным. Кожа словно потемнела, возле глаз залегли морщины, про мехиллосовский апгрейд и говорить не приходится.

С друзьями, слава богу, тоже ничего не случилось. Рис стояла в напряженной позе с плазмоганом, Троуг замер с мечом. Телохранители на полу пришли в себя, но, видимо, им дали понять, что лучше пока отдыхать именно в этом положении.