Временщик 4

 

Я же, вымотанный чересчур бурным днем, уснул, не разбирая постель. Сквозь закрытые глаза слышал бурчание Лаптя, однако это, напротив, подействовало как хорошее снотворное. Я провалился в глубокую темную яму, а сверху меня накрыло тяжелым покрывалом. Вокруг что-то происходило, мелькало, бегало, смеялось. На мгновение мне показалось, что я услышал несколько знакомых голосов. Рыжего и…

Пробудился я внезапно и в ярости. Хотелось рвать и метать. То, что произошедшее было лишь сном, я понял не сразу.

Хотя все равно напоминал себе женщину, которая весь день не разговаривает со своим мужем, потому что в ее сне он ей изменял. Время было всего восемь, но появилось стойкое ощущение, что вернуться в царство Морфея не получится. Пришлось подниматься. Душ немного привел мысли в порядок, но внутренний огонь не унял. Требовалось срочно что-нибудь поколотить. 

Домовой отсутствовал. Не как класс, а как конкретный повар на отдельно взятой кухне. Я самостоятельно приготовил дрянную яичницу — оказывается, только такая у меня и получалась.

Что сказать, к хорошему быстро привыкаешь. А я в последнее время стал воспринимать кулинарные изыски Лаптя как само собой разумеющееся. Дожидаться его не стал, чтобы лишний раз не поругаться. Схватил рюкзак с вещами и выскочил наружу.

Утром мало кто находится в хорошем расположении духа. Я делил подобных людей на два типа: душевнобольные и жаворонки. Хотя последние лично для меня пересекались с первой категорией. Ну какой нормальный человек встанет по доброй воле раньше десяти часов дня? Я же был не просто сова, а сова в кубе.

Поэтому в настроении находился соответствующем — полусонном, мрачном, почти что трагическом.

Я и раньше не отличался по утрам добрым нравом, а теперь и вовсе походил на морального урода. Пнул ни в чем не повинную урну так, что она погнулась. Наорал на шумящих школьников, что высыпали на тротуар возле школы. Чуть не кастанул Дугу по весело чирикающим воробьям на голом дереве.

Потому что бесили.

Наверное, из-за всей палитры темных эмоций я не обратил внимания на странности, которые происходили вокруг. Заметил уже только подходя к остановке. Людей стало не то что мало — они вдруг пропали. Вот юркнул последний старичок, ломанувшись через дорогу в неположенном месте. И не сбил его никто. Потому что на нашей улице, что всегда была транзитной между объездной и широким городским проспектом, не оказалось ни одной машины.