Последний Романов: Том I и Том II

– Однако за последние дни мне пришлось столкнуться с кучей проблем из-за плохих людей. А выпустить пар не представлялось возможным. Так что ничего личного, ты станешь моей отдушиной и показательным примером.

Ещё один взмах рукой и рядом с правым коленом этого слуги появляется огромная игла из света длиной примерно в тридцать сантиметров и толщиной с крепкую ветку. Я шевелю двумя пальцами и игла вонзается в колено протыкая его насквозь. Мужчина орёт от невыносимой боли, но очень быстро крик переходит в хрип, когда кольцо света сжимается по моему желанию на его шее.

Помучив так его секунд пятнадцать, я развеиваю обруч и иглу, слуга падает на землю практически без чувств, лишь тихо стонет и рыдает. Двое охранников Долгоруких всё ещё стоят под надзором моих «дамокловых клинков» и людей Пожарских. Не видно, чтобы кто-то бежал им на помощь. Видать Долгорукие решили не обострять ситуацию.

- Что же, уверен здешние слуги выучат этот урок вежливости, - спокойно сказал. – Пойдёмте, Роман Константинович, не будем заставлять князя ждать.

Я пошёл первым, а Пожарский следом за мной. И было очевидно, что старику пришлось по душе как я разобрался с этим слугой. У знати принято, что на подобные оскорбления и действия как правило отвечают силой. А иначе все посчитают тебя слабаком. Спасибо книжкам про попаданцев.

Мы зашли внутрь с двумя бойцами Пожарского, остальные остались снаружи. Тут уже нас никто не встречал, но пройдя всего пять метров к нам из коридора в холл вышел мужчина лет сорока. Вот и сам князь Долгорукий появился.

- Что вы себе позволяете?! – С ходу начал он с наезда на меня. – Романов, какое право вы имеете так поступать с моим слугой?!

- Владислав Викторович, ну что же вы повышаете голос, - поморщился я. – Нет бы сказать спасибо за то, что я помог проучить слишком наглого слугу. А вы сразу в крик, обвиняете меня в чём-то. Роман Константинович, я же ведь за проявленное неуважение мог и прикончить такого наглеца, не так ли?

- Верно, Николай, - Пожарский с явным удовольствием подыгрывал мне.

- А я его лишь немного покалечил, не стал злоупотреблять гостеприимством семьи Долгоруких. Хромота станет отличным напоминанием этому слуге, что следует проявлять уважение к особам знатного происхождения. Или же мне следует понимать, что Долгорукие специально решили проявить ко мне неуважение и послали этого слугу с конкретным приказом оскорбить меня? Тогда я сейчас же покину этот негостеприимный дом заодно по пути прикончив наглеца.