Последний конунг (Начертатель-3)

Давай же!

Фетч снова возмущенно защелкал клювом, но когда я ткнул окровавленной рукой прямо ему в голову, все же не выдержал: живая плоть и свежая кровь манили и одурманивали даже такого духа.

— Эй! Легче!

Он вцепился в мою левую руку с такой жаждой, что на миг я пожалел о своем решении. И все же ничего лучше я придумать не мог. Случись что, раненая птица далеко не улетит, а в человеческом облике он хотя бы сможет бежать. По крайней мере, я так думал.

Насытившись, фетч отстранился от меня и начал обращаться.

Пока я стягивал рану, беркут медленно, с трудом обретал форму Конгерма.

— Дубина, — вместо приветствия сказал совершенно голый рыжеволосый Птицеглаз и нетвердой походкой направился ко мне. Правая рука у него висела плетью.

— Это еще почему?

— Потому что последние силы мне пришлось потратить на обращение. Я не смогу призвать других духов и помочь тебе. Я больше не смогу обернуться, пока не восстановлю силы в Бьерскогге…

Дерьмо. Конгерм не мог слишком долго находиться в облике человека.

Разве что ему придется постоянно питаться моей силой и кровью - тогда он смог бы протянуть подольше. И все равно времени у нас было немного. По-хорошему следовало посадить Конгерма на корабль и отправить в Бьерскогг…

— Я знаю, о чем ты думаешь, — тут же проскрипел Птицеглаз. — Я останусь с тобой. Может это заставит тебя шевелиться побыстрее.

— Покажи руку.

— Рука сама не заживет. Будь я настоящим человеком, твои руны и отвары бы сработали. Но со мной така штука не пройдет. Так что прими мои поздравления: теперь у тебя появился бесполезный однорукий рот, которого придется кормить как человека.

Я усмехнулся.

— Но память-то тебе не отшибло?

— Нет.

— Значит, толку от тебя будет предостаточно.

Птицеглаз смерил меня насмешливым взглядом.

— Я тебя предупредил.

— Отдыхай. Прикажу принести тебе еды. В сундуке найдешь кое-какую одежду. Я вернусь позже.

— А ты куда? — удивился фетч.

— Добывать нам с тобой пищу для размышлений.

Я вышел и направился прямиком в келью, где приходил в себя отец Велстан.

Монах и правда отделался испугом, несколькими ушибами и парой ссадин. Разве что заметно хромал после того, как неудачно упал в том овраге.

Но он был жив, в здравом уме и мог ответить на мои вопросы.

Я зашел в главный зал и, зачерпнув из чана с кипятком чашу воды, бросил туда несколько сушеных кореньев в трав. Ничего выдающегося, просто настой для укрепления сил. Велстан был хилым мужем, и такое ему точно пошло бы на пользу.