Наследник демонического рода

Было невыносимо больно. Ощущение, словно меня заживо сжигают на костре. Я думал, что не выдержу этого. Казалось, что вот-вот и отправлюсь снова на тот свет.

Опять Преисподняя? Нет. Не хотелось бы снова печься в этом аду, набираясь сил от других демонов.

Я стиснул зубы, пытался вынести это всё. Сердце бешено колотилось, руки покрылись волдырями. Теми самыми, которыми было покрыто тело Сергея.

Такой большой и зловещий сгусток стал пожирать меня изнутри.

Но я не мог сдаться. Не буду. Я должен был вытерпеть это.

Снова игра в перетягивание каната.

Только в этот раз на кону стояла моя собственная жизнь. Едва я ощутил, как внутри всё бурлит, кишит от невыносимой силы, как неожиданно всё прекратилось.

Поток исчез. Половина дома была уничтожена. Крыши не было. Окон тоже. Половина мебели была разгромлена, не говоря уже о склянках, которые были у старухи.

Вера лежала неподвижно, будто замертво.

Нет, она не могла умереть. Я же вытянул из неё этого демона?

Тяжело дыша, я уже хотел было дотронуться до неё, чтобы проверить пульс, но сил не было.

Из меня будто высосали всё до последней капли. Ноги ватные, а голова тяжёлая. Руки онемели, как и тело, которое тут же повалилось рядом с девушкой.

Последнее, что я помню, это — её бледное лицо, чей-то приглушённый крик. Потом всё начало сплываться в единую картинку. И темнота.

///

Через сколько времени я очнулся, сказать не мог.

Голова гудела, как после пьянки. Я медленно приоткрыл глаза и сразу прищурился от яркого света.

Несколько раз похлопав глазами, я мотнул головой и приподнялся.

Когда я смог сфокусироваться, то увидел, что нахожусь в доме. Обычном, сельском.

Спасибо, что живой.

Судя по столу, на котором было какие-то склянки, а в воздухе витал аромат лечебных трав, здесь явно побывала Людмила.

Внезапно дверь со скрипом приоткрылась. На пороге показался Дмитрий.

Никогда не думал, что буду ему так сильно рад.

— О, Дмитрий, — хрипло произнёс я. — Рад тебя видеть.

Во рту было сухо, словно я не пил неделю. Губы слипались, а горло жгло.

— Это я должен говорить, — подметил Литников. — И ты чего встал? Ложись обратно.

— Мне уже немного легче, спасибо, — продолжал я хрипеть.

— Сейчас подожди.

Он вышел обратно на улицу, а вернулся уже с братиной. Протянув мне её, я сделал несколько глотков холодной воды. Это было непередаваемо. Наконец-то я снова ожил.

— А теперь, — он пододвинул к себе табурет и сел напротив моей кровати. — Рассказывай.

— Что рассказывать? — включил я “дурочка”.