Наследник демонического рода

— Ну, как что? Что произошло в доме Людмилы? Когда мы пришли, вы с Верой были без сознания, а дом развален. Чувство, что там ураган прошёлся.

Ну, по сути, так оно и было. Только был это поток тёмной энергии.

— Ах, — вспомнил тут же он. — Ещё мы видели столб чёрного вихря. Что это было?

— Сам не знаю, — пожал я плечами. — Я сражался с Верой, так как она была одержима, а потом выключился.

— Вот так просто?! Взял и выключился?!

— Ну… да. Как, кстати, она? Жива? С ней всё хорошо?

— Жива-то она, жива. Вот только ничего не помнит.

Для неё несколько дней, будто из памяти стёрли. Очнулась вчера только.

— Только вчера? — удивился я. — Стоп. А сколько прошло времени с тех пор, как я тут лежу?

— Уже несколько дней, — пожал плечами Дмитрий.

— Нет…

Внезапно я вспомнил про Анастасию. Меня охватил страх.

Несколько дней?! Значит, мы опоздали?! Нет, нет. Только не это.

Я моментально вскочил на ноги, но почувствовал головокружение. Меня зашатало, а Дмитрий, вскочив с табурета, тут же помог мне сесть обратно на кровать.

— Совсем дурак, что ли?! — рыкнул он. — Тебе нельзя так резко вставать.

— Нет… Анастасия… — чувствуя, как по голове, словно молотом ударяют, лишь смог выговорить я.

— Успокойся, — начал успокаивать меня Литников. — С ней всё хорошо. Во всяком случае Людмила так сказала.

— Что?! — я округлил глаза. — Откуда она знает?

— Когда мы пришли на место и вытащили вас оттуда, она долго молчала. Не произнесла ни слова. Про нападение рассказала нам только потом, когда вас подлечила. Сказала, что если бы не ты, неизвестно, чтобы было.

Начала мне говорить, что впервые видит такого благородного, — он усмехнулся.

— А ты что?

— Рассказал правду. Что ты простолюдин и никакого отношения к родовым семьям не имеешь. Она знатно удивилась, с учётом того, что ты состоишь в императорской гильдии. Ну и согласилась.

— С чем?

— С тем, чтобы помочь Анастасии. Мы поехали к ней в тот же день, пока ты тут лежал. Она сказала, что поможет провести операцию, но шансы невысоки, — он произнёс последнюю фразу с тяжёлым вздохом.

— Мне сказали отправляться обратно к тебе. Екатерина очень переживала за тебя, когда я сказал, что ты в отключке.

Несмотря на то что с операцией Меншиковой было ничего не известно, я всё же почувствовал облегчение. На самом деле Рахманова всегда говорила так, а, по итогу, у неё не было ни одного пациента, который умер бы от её непрофессионализма.

Она была кудесницей. Я это знал. Поэтому и верил в неё.

— Хорошо, — я снова прилёг.