Проклятый

Не ради князя, а ради Руси, ради сожженных домов и осиротевших детей, из-за того, что пришлось взяться за мечи вместо плуга.

С каждым конским скоком приближались земли хазар. Несколько раз они натыкались на мелкие группы кочевников, человек по триста-четыреста, последние оставшиеся в живых под пытками указывали местонахождение кагана и его советников. Войско двигалось стремительно, сметая обозы, маленькие отряды. Хазары совершенно не опасались нападения, и понимали, что в облаке пыли несутся не степняки, а русские витязи, только когда стрелы вспарывали их тела.

Обозы были богатыми, но брали русичи только еду, питьё и стрелы. Не отягощая себя и коней лишней ношей, покрывали в день до сотни вёрст. К вечеру седьмого дня остановились у широкой реки.

- За этими водами начинаются их земли. – пробормотал Выбейглаз. – Мы добрались без потерь. Что дальше, Бэр?

- Ударим в самое сердце. Вели привести оружие и одежду в порядок. И пусть готовят стрелы, их должно быть не меньше сотни на брата.

Помощник развернул коня и спустился к воинам.

Бэр спрыгнул на землю, расседлал скакуна и с тоской всмотрелся в противоположный берег. Солнце садилось, окрашивая всё в огненный цвет, превращая реку в поток крови. Ветер доносил запахи ковыля, высушенных трав, горьковатый, но приятный аромат полыни, пересохшей земли. Ветер степи, ветер зноя.

Донёсся конский топот – возвращается Волчонок. Его молодой жеребец по-прежнему слишком сильно вбивает копыта в землю, то ли от дурной силы, то ли от гордости. Проносясь мимо, паренёк заорал:

- Князь, князь, я нашёл брод! – Бэр недовольно сдвинул брови: мальчишке нравится называть его так.

Он не понимает, что войско просило принять этот титул. Он сделал это для них, чтобы не чувствовали себя изгоями, чтобы могли говорить: «Мы пошли за СВОИМ князем».

- Но я не князь, – шепнул он – я Бэр, воин из леса. Охотник, землепашец, убийца, оборотень. Кто угодно, но не князь. И я не знаю, что будет завтра, я знаю лишь то, что очень хочу искупаться.

Он разделся и нырнул в холодную воду.

Поплыл, задержав дыхание, насколько смог, вынырнул, осмотрелся. С середины реки видел, как конь вломился, поднимая тучи брызг, на мелководье, начал взбрыкивать, шугая рыбу. Бэр несколькими мощными гребками добрался к своему вороному.

- Искупаться хочешь? Давай я тебя помою.

Он купал своего зверя под постоянной угрозой атаки хазар. Самозабвенно скоблил короткую шерсть, расчёсывал длинную гриву и чувствовал себя мальчишкой, купающим пегую кобылку родителей.