Одержимые

В Москве и ближайших окраинах такая плотность населения, что этих присланных для стартовой прокачки зверушек явно на всех не хватило, и сейчас подавляющее большинство получили нормальность минус один. И как мы уже узнали, в зависимости от изначального значения и обстоятельств, там недалеко и до одержимости.

— А что будет, если двое людей с нормальностью минус один, начнут драться и один убьет другого? — спросил Влад.

— Если энергии жизни хватит, победивший станет нормальным, — ответил я. — Ты, кстати, бате СМС послал?

— Послал, — он задумчиво ковырнул вилами снег.

— Но, если честно, не знаю, правильно ли сделал.

Да и никто не знал. Нашу тройку объединяли, а возможно и стали основой дружбы — проблемы в семье.

Владу еще не исполнилось шести лет, когда его мама нашла себе любовника в Европе и, оставив записку работяге-отцу, навсегда улетела к нему. Батя запил, и через несколько лет сбагрил сына своим родителям. Дедушка и бабушка обожали внука, к тому же очень хорошо зарабатывали, и сумели сделать из него человека.

Когда три года назад они один за другим умерли, Влад полгода ходил сам не свой. С отцом же за двадцать последних лет он виделся раз десять.

Коляна же наоборот подставил отец — когда мальчику было семь, он решил, что чем отдавать миллионные долги кредиторам, проще шагнуть с крыши. Его мама, Александра Федоровна, долгие годы разгребала последствия, но в итоге нашла свое женское счастье и встретила хорошего мужика, военного. Тот принял Колю и воспитывал его, но все равно при первой возможности в девятнадцать лет парень съехал и стал жить отдельно.

Ну а у меня все случилось еще жёстче, и не сойти с ума мне помогло только то, что я понял причины происходящего. И сегодня в том, что я был прав, убедились и остальные.

— Яр, а как...

Колян не успел договорить. Звучавшие до этого приглушенные крики перешли в громкий визг, а большое окно на втором этаже дома, находящегося на следующей линии, вдруг разлетелось.

Разбил его своей головой массивный мужчина, но он не вылетел, а застрял, насадившись на осколки.

В проеме за ним возникла женщина, и даже отсюда было видно, что она превратилась в одержимую.

— Помогите! — простонал мужчина.

Но мы не успели даже дернуться — большой уцелевший кусок стекла в верхней части рамы вдруг рухнул, и его острый нижний край вонзился несчастному в спину.

Мужчина захрипел и обмяк.

— Ужас, стреляй! — прошептал Колян.

— Я уже второй уровень, — так же шепотом ответил я. — Вы должны ее завалить.