Ледяная смерть

- А почему бы и нет? Мой отец обычно не стесняется в выборе средств для достижения своих целей. Например, я почти уверена в том, что он каким-то образом причастен к смерти главарей Синдиката. Но, к сожалению, вместо доказательств у нас только мои весьма сомнительные умозаключения на этот счет.

- А как насчет инфера? – неожиданно спросил Дмитрий.

- Какого инфера?

- Которого, а точнее, которую нанял недавно твой отец. Нанял, а после выполнения заказа решил от нее избавиться.

- Что?! – Алина была потрясена.

– Как ты об этом узнал?

- У меня есть свои источники, - уклончиво ответил молодой человек.

- Ты не поделишься со мной?

- Есть вещи, знание которых портит жизнь, а есть те, знание которых ее сокращает. Эта относится ко второй категории. Поверь, тебе лучше не знать. Ради твоей же безопасности.

- Ладно, - с неохотой согласилась Алина. – Скажи, а эта инферийка… жива?

- Да.

- И опасна для нас? Я имею в виду меня и моего отца.

- Полагаю, да. Хотя, судя по тому, в каком состоянии я ее видел в последний раз, у твоего отца и его адептов есть что ей противопоставить.

Впрочем, вряд ли инфер спустит подобное обращение с собой. Она несомненно будет мстить, как только сочтет себя готовой.

- Надо предупредить отца!

- Конечно, а заодно дать ему понять, что нам все известно.

- Да ты прямо Макиавелли! – восхитилась Алина. – В ближайшее время я устрою тебе встречу с отцом, и мы втроем… пообщаемся.

Девушка порывисто шагнула к нему, обняла и поцеловала.

- А это еще зачем? – удивился Дмитрий.

- Мне так захотелось. К тому же, за нами могут наблюдать люди отца, - лукаво улыбнулась она.

- А ведь мы с тобой, Алина, стóим друг друга!

***

После разговора с Лостраном и его в высшей степени неопределенных ответов по поводу вероятного развития событий в истории с инфером-убийцей Барков думал, что ничто на свете не способно еще больше испортить его настроение. Однако, он ошибался. Позвонила Алина и попросила его выбрать время для встречи с ней и ее новым парнем.

Барков надеялся, что этот бухгалтер – лишь очередной каприз его взбалмошной дочери, который скоро пройдет. Но этот звонок доказывал, что все гораздо серьезнее, чем он ожидал. Со всеми треволнениями, связанными с Синдикатом и Селеной, он уже успел благополучно забыть об этой истории, и вот – на тебе! Ему ужасно захотелось грубо выругаться и сдержался он лишь огромным усилием воли.