Ледяная смерть

Он и так по уши в проблемах и добавлять к ним обманутого шантажиста, каковым он считал Дмитрия, папаша вряд ли захочет. 

Вторая причина, по которой Рогожин не желал, чтобы Алина сейчас была рядом с ним, находилась в его левой ноге и звалась Каладборгом. Холод, появившийся в ноге во время разговора с усмирителями, так никуда и не ушел. К тому же, в бедре вновь стала нарастать знакомая тупая боль.

- Что, снова? – спросил Дмитрий у Каладборга.

«А что тебя удивляет? – откликнулся артефакт. – Если ты помнишь, бóльшую часть душ, добытых в том переулке, я потратил на благотворительность – исцеление твоей инферийки.

Так что за тобой должок!»

- Я помню, но сегодня – не очень удачный день. После встречи с усмирителями за мной могут следить.

«Я бы обнаружил слежку - как обычную, так и магическую. Кроме того, у меня есть средства помочь тебе уйти от любого наблюдения».

- То есть я стану призраком-убийцей? – мрачно усмехнулся Дмитрий. – Заманчивая перспектива, нечего сказать!

«Ты хочешь отказаться от уплаты долга?»– в шелестящем голосе меча явственно послышалась угроза.

- Ни от чего я не отказываюсь! Просто в последнее время слишком часто приходится лить кровь.

«Привыкай! Это теперь – твоя судьба. И учти: сегодняшняя охота – обычная подпитка. А с долгом будешь рассчитываться отдельно»

***

Комсомольская площадь, она же – площадь трех вокзалов, довольно сильно пострадала при Катаклизме. Ярославский вокзал был разрушен полностью, два других –сильно повреждены. Так как Катаклизм разрушил и значительную часть железнодорожных линий, а Время Хаоса, наступившее сразу после него, разрушений только добавило, то за восстановление вокзалов взялись далеко не сразу, не считая это первоочередным делом.

В дальнейшем был восстановлен Ленинградский вокзал, и на этом решили остановиться, так как популярность железнодорожного транспорта после Катаклизма резко упала. Однако, свято место, как известно, пусто не бывает. Довольно большая не используемая площадь и два огромных опустевших здания – Казанского вокзала и гостиницы «Ленинградская», естественно, довольно быстро нашли хозяев. На площади организовались торговые ряды, где можно было найти товары из самых разных миров.

Вокзал сделала своей резиденцией Гильдия независимых адептов, а вот гостиница оказалась поделена между несколькими торговыми представительствами: из Моррэя, Энтома, Амфала и других миров. Кроме того часть здания осталась собственно гостиницей, но особого рода.