Ледяная смерть

ЭТО было короной, сделанной из непонятного металла с белыми камнями на зубцах в виде черепов. При других обстоятельствах Мэри лишь фыркнула бы презрительно, увидев подобную безвкусицу, но сейчас она не могла оторвать от короны взгляда. Этот предмет помимо сияния еще, казалось, излучал какую-то странную, недобрую силу. Корона явно была магической.

На Мэри упала тень, - это приблизился Веласкес. В его взгляде явно читался страх и еще что-то, чему трудно было подобрать определение. Мэри убрала корону за спину, как бы защищая ее от Веласкеса.

Тот сделал жест, означающий «брось ее, и уходим», но девушка отрицательно покачала головой: теперь с этой Короной ее могла разлучить только смерть. Даже думала о ней девушка теперь именно так – с заглавной буквы. Лицо Веласкеса выразило целую гамму эмоций – от раздражения и нетерпения до страха и какой-то обреченности: очевидно, он понял, что Мэри не переубедить, тем более, имея в своем распоряжении лишь язык жестов. Махнув рукой, он отвернулся и поплыл прочь, даже не взглянув на разбросанные на полу сокровища. Казалось, единственным его желанием было как можно скорее оказаться подальше от этого места.

Как только Хосе покинул отсек, на Мэри тоже внезапно накатило тяжелое предчувствие надвигающейся беды. Такие артефакты даром в руки не даются. Она тоже поторопилась оставить трюм затонувшего корабля, в котором вдруг почувствовала себя очень неуютно. Как бы ни торопился Веласкес, но о порядочности он не забыл: ждал Мэри в следующем отсеке, освещая дорогу фонарем. Дальше они плыли рядом.

Мэри намертво сжимала в руке Корону. 

Едва они выплыли из тени корабля, как Веласкес замер: к ним быстро приближались две стремительные и смертоносные тени – серо-голубые акулы-мако. Можно было бы залюбоваться этими красивыми хищницами, если бы не исходившая от них реальная угроза для аквалангистов. Акулы были весьма велики – длиной около четырех метров и настроены явно агрессивно. Монстры разделились и стали заходить на людей с двух сторон. Мэри не поверила своим глазам: акулы, в отличие от сухопутных хищников, таких как львы и волки, по природе своей не способны к коллективной охоте, – для этого у них слишком маленький мозг.

Но факт оставался фактом – эти две действовали сообща. 

Удушливой волной подкатила паника. Мэри хотела стремительно рвануться вверх, но Веласкес удержал ее. Он был прав – единственным спасением сейчас было держаться спиной друг к другу и медленно, не подавая признаков страха, подниматься к поверхности.