Ледяная смерть

Может хоть сейчас проклятый упрямец согласится нанять адепта?

- Проклятье! Это Барков! Больше некому! – Ярость и страх боролись в душе Бочарова: как и Сатаров, он не верил, что Барков решится воевать с Синдикатом. Выходит, оба они ошибались? И Сатаров уже дорого заплатил за свою ошибку. Надо что-то делать…

Из ванной появилась Марина. Бочаров сделал ей знак подождать, но красотка продолжала приближаться. Он уже открыл, было, рот для гневной отповеди, но язык от ужаса примерз к небу: черты лица Марины поплыли и растворились, открывая другое лицо, - очень красивое, но незнакомое.

«Не обошлось без магии» - сказал Жбан. Она – адепт, или… В руке незнакомки внезапно возник пистолет с глушителем.

- О, черт! – успел обреченно выдохнуть Бочаров, прежде чем две пули ударили его в грудь и опрокинули с кровати на пол. Мобильник выпал из его руки и отлетел под стол. Убийца, не спеша, приблизилась. «Надо было нанять адепта», - мелькнула последняя мысль в голове умирающего. Амулет не защищал от обычных пуль… Еще один негромкий хлопок, и второй босс Большой Пятерки оставил этот мир.

***

Когда Жбан услышал тихое «О, черт!» Бочарова, а затем негромкие хлопки, до боли напоминающие выстрелы из пистолета с глушителем, он понял, что все кончено. Ему ужасно захотелось броситься бежать прочь отсюда, но охранник понимал, что если сделает это, то станет парией: телохранители, которые бегут, даже не убедившись, что их босс мертв, долго не живут.

Он обернулся к двум своим подчиненным и бросил:

- Давайте за мной!

Зайдя в дом, они достали пистолеты и начали осторожно пробираться вглубь помещения.

 

- Я проверю наверху, а вы двое оставайтесь здесь! – приказал Жбан и, не дожидаясь ответа, двинулся к лестнице. Если бы он отправил наверх горилл, а сам остался внизу, его бы просто не поняли. Поднимаясь по лестнице, он тихо молился, чтобы убийца, человек или нет, уже скрылся. Он элементарно хотел жить.

Поднявшись на второй этаж, Жбан осторожно осмотрелся, поводя стволом пистолета во все стороны.

Он уже сделал два шага по коридору, когда почувствовал какое-то стремительное движение у себя за спиной, на лестнице. Начал поворачиваться, но понял, что катастрофически не успевает. Что-то холодное и острое коснулось его шеи, и Жбан рухнул в лужу хлещущей из перерезанной аорты крови, его собственной крови…

***

Дмитрий сидел на корточках, смотрел на два надгробных камня с именами его родителей и ощущал внутри чудовищную пустоту.