Ледяная смерть

Несмотря на свое благоговейное к нему отношение, она уже про себя молила, чтобы он прервал это изматывающее молчание и сказал, наконец, чего от нее хочет.

- Простите, госпожа Деланналь, можно вас называть Аллерией? – спросил Пириэл. – Просто мне так будет удобнее.

- Конечно. – Начало разговора изрядно удивило эльфийку.

- Вот и отлично. Аллерия, насколько я знаю, вы присутствовали на площади Примирения, когда там произошел тот теракт?

- Да, но я уже все…

- Я ознакомился с протоколом прочтения вашей памяти, - прервал ее Пириэл, - и все факты мне известны.

Меня интересует то, что не попало в протокол. А именно, почему вы обратили внимание на этого адепта? Меня интересует все: мысли, сомнения, смутные догадки, ощущения. Итак?

- Я сразу увидела его ауру адепта, но было в ней что-то еще. Что-то чужеродное, чего там быть не должно.

- Что именно?

- Не могу определенно сказать. Все было слишком мимолетно.

Какое-то вкрапление другого цвета.

- Какого? Багрового? Темно-серого?

- Помню только, что оно было темнее светло-синей ауры адепта.

Пириэл откинулся на спинку стула:

- Вы когда-нибудь видели печать Нижнего мира?

- Нет, но я примерно знаю, как она должна выглядеть.

- Похоже на то, что вы видели?

- Не уверена. Не хотелось бы ошибиться.

- Хорошо. Господин Беркутов, вы должны быть в курсе. Я намерен задействовать Аллерию в своем расследовании инцидента на площади Примирения.

- Ясно. Это надолго?

- Я не собираюсь работать с ней постоянно. Пусть она продолжает следствие по делу Большой Пятерки, - оно меня тоже интересует. Но иногда я буду забирать ее для специфических следственных операций по моему делу. Вам все понятно, Аллерия?

- Да.

- Прекрасно. Можете идти.

Выходя, Аллерия спиной чувствовала оценивающий взгляд эдемита, как будто он рассматривал только что приобретенный товар, размышляя, правильный ли выбор он сделал.

Глава 6. Каладборг появляется на сцене

Окрестности Софии

Анкорнус уже несколько часов вел осторожное наблюдение за Христо Тончевым. «Усмиритель». От этого слова у него до сих пор сводило скулы, несмотря на то, что наблюдатель уже не относился к человеческому роду. Тончев был детективом, то есть занимался расследованиями, а не патрулированием.