Колыбель

Ее судно тряслось целый месяц под проливными дождями и бурями, а запасы провизии начисто иссякли. По малой случайности Неумолимая недоглядела, и Странствующий бог привел корабль обратно к островам. Цанцога пришла к лекарям с твердым намерением избавиться от глаза, хотя оба они воспалились от влаги и сырости. Лекари решили обождать, вмешался и лорд Арацог, приказав своим явителям снять тяжелый обет. Они уговорили капитана, но ее левый глаз захирел, стал мутнеть и видеть все хуже. Обет исполнился по воле бога, а не слабого человека; Цанцога получила его отметину и находила это замечательным.

Послы побывали на острове Укрытия, находящемся в половине дня плавания от главного острова. Лорд Цога и его хранитель верфей продемонстрировали им остовы двух кораблей Странствия, заложенные незадолго до их приезда. Каркасы стояли неполные, Арацог жаловался, что длинных продольных балок для судов ему не хватало, а Энки Тинасург задерживала, обговоренное, купленное в начале осени дерево. Иланна считала, что высокие сосны сохранились в горах Южного Лабиринта, а крепкий корабельный дуб для шпангоутов, если где и произрастал, то лишь у язычников, килиханис или фаалаату.

Висар лично облазил остовы, переговорил с мастерами и признал: суда выйдут великолепными. Арацог попросил назвать корабли «Орел Странника» и «Причаливший Бог», и, вне всякого сомнения, Иланна не смогла ему отказать, пусть второе название и намекало на ересь. Некоторые имена кораблей Святого флота включали в себя упоминание бога, остальные назывались сообразно их качествам.

Иногда в Странствие отправлялись и добровольцы с островов Цога, точнее их выдавливали в путешествие еретики. Глупо и несвоевременно устраивать споры по такому поводу, к тому же она надеялась, что добровольцы пригодятся отцу больше, чем набранные под не богоугодными поводами люди для экипажей кораблей.

Иланна сгребла Тухлого в охапку, прижала его к правому боку и груди. Она погладила кота, потормошила его, почесала шею и уши, но долго нежиться не пришлось — послышался осторожный стук в дверь.

Иланна возгласом запустила служанок внутрь и, всучив Толуске кота, велела не торопясь покормить его, затем отправила ее на кухню вниз. Не то чтобы не доверяла этой неожиданно чопорной и замкнутой для служанки женщине. Толуска служила у нее лет десять, она была замужем за одним из конюхов Постоянного легиона, растила деток, выполняла свои обязанности усердно, хоть и с каменным лицом.