Колыбель

Рыли колодцы, навьючивали бурдюками с водой большую часть лошадей, питались впроголодь, вышагивая по жухлой земле. Лишь выйдя к Крюку и обжитым землям кое-как закупили немного продовольствия у местных крестьян.

Но Гулуй послал Шана, четверку Выживших Такулы Кобры и второго искателя Криуса по привычной дороге вверх по Улитке. Западный тракт шел южнее пути его небольшого войска, повторяя изгибы реки; вел он гораздо дальше, на границу болот, где располагался главный город Хакни Праведник. Гулуй сплюнул тягучую слюну, беззвучно выругался, призывая Неумолимую покарать язычников.

Шан — важный посол. Ха! Сын вез письмо короля, написанное его наследником, прочитанное дядей Лойоном и запечатанное королевским сургучом нефритового цвета.

Гулуй был совершенно уверен: отец письмо не читал и вряд ли знал о его существовании. Витиеватости, похвалы, уверения в дружбе, справедливое желание получить дары Мглистого и аккуратные просьбы Сторожу Болот о содействии. Таково содержание грамоты. Слова, слова..

. В них застревали трусы и лентяи. Лучше совершить молниеносный набег и увидеться с лордом Хакни по возвращении из краев тонка.

Ранним утром око ласкало теплом, а ветер с хребта приносил свежесть и запахи горных трав. Под снежными верхушками гор луга и голые скалы, сколько не всматривайся в зрительную трубу — там пусто, лишь изредка можно засечь кусты и хилые деревца.

Стяг Маурирта с белым кораблем на синем море и Оком на небе в углу нес Гвоздь Ракин. Выживший четверки Гулуя происходил из простолюдинов: парня заметил Торсус на Круглом рынке и взял в Гильдию за необыкновенную силу.

Его боевым молотом Гулуй ворочал тяжело, чувствуя в руках не оружие Выжившего, а дубину великана. Ракин, с бычьей головой, давно выросший, был на пару лет старше, с серо-зелеными глазами и недоверчивым взглядом, возникшим у него из-за насмешек и шуток благородных. Несмотря на то, он обладал спокойным нравом, и лишь иногда вяло огрызался. Мало кто мог справиться с человеком, сгибавшим толстый гвоздь двумя пальцами — большим и мизинцем.

Кони шли шагом, — обычный аллюр в этом походе. Кансарус на гнедом жеребце справа, Улу на смиренной бледной кобыле с левой стороны. Илинка Детт, молодой Выживший, проворный, непоседливый, постоянно машущий руками, хотя многое умеющий, вызвался научить болотного дурака ездить верхом. И на удивление преуспел в деле. Тонка подобрали маленькую лошадь, и он трусил рядом, отвечая надоедливым цокотом на расспросы Гулуя.