Колыбель

Последним, наиболее опытным в личной четверке был Танау Цак, по прозвищу Слепой Капитан. Короткие усы, угнездившиеся на щеках и скулах морщины, заметный вертикальный шрам над правой бровью, рассеянные глаза цвета незрелой, будто покрытой налетом оливы. Пять лет назад Танау звали просто Капитан из-за деда-островитянина и морского прошлого. Он возглавлял собственную четверку и служил правой рукой Гулуя. Но его взор помутнел, словно туманы Илинки пришли с родины в поисках блудного сына, да не утерпели, оседлали ближайшего к нему воина.

Танау никто не побеждал на топорах; Гулуй иногда уступал ему и в боях с мечом, хотя Цаку перевалило за пятьдесят. Но видел Капитан не далее, чем на десять футов, а все что дальше превращалось в расплывчатое пятно, и он уже не мог взять копье на щит. Искатели мастерили для него очки, вставляли линзы, но что-то у них не ладилось — Выживший приходил в бешенство, выбрасывая и ломая подарки. Он шел в свой последний поход, по окончании его, Танау уходил в Странствие.

К морю Слепой Капитан был привычен. Его дед вернулся к истинной вере, и сколько б Цога не твердили о терпимости, ему пришлось бежать в Колыбель. С собой он прихватил домочадцев и два корабля; долгим пьяным вечером Танау с азартом пересказывал фамильную судебную тяжбу. Дед торговал, вступил в союз или что-то в этом роде у торгашей, дело по его смерти продолжил внук, да купеческая стезя оказалась недолгой. Где-то на юге корабль атаковали пираты, и во избежание плена Танау выпрыгнул за борт.

Он выплыл чудом, кляня не пиратов, а мстительных Цога — Капитан считал, что его роду ничего не простили. В возрасте двадцати двух лет он пришел обучаться в храм, пожертвовав большую часть немалого состояния.

Гулуй отвел взгляд от завораживающих пиков гор и двойных стен Битвы. Жестом приказал Улу приблизиться.

— Вчера мы не закончили разговор.

— Да, мой принц. Я ждал. Полночи! — воскликнул тонка, выказывая одновременно хвастовство и усердие. За время перехода он освоил сложности дурацких церемоний и уже не называл Гулуя «Повелитель, владыка или господин Колыбели».

Улу вчера прождал напрасно. Гулую пришлось помочь своим людям, потратить остаток дня и вечер на неуступчивых крестьян лорда Хакни. Провизию для войска из них выбивали угрозами, посулами и сладкой ценой. От их упрямства разозлился, захотел отобрать рожь и рис силой, но Кансарус и Слепой Капитан отговорили его. И настроения слушать байки тонка вчера не осталось.