Колыбель

Счастье склонился над покрытым высохшими разводами и пятнами столом, но его речь опередил Бородатый:

— Почему ты опоздал?

— По рынку ходил, — ответил Счастье, скорее Укору и Пойло, чем ему. — Я подумал вам не стоит мелькать там. А купчиха бродила по рядам, успела посмотреть пару шутовских представлений, поиграть на арфе и потанцевать. Но она уже пробирается к южному выходу. Ей осталось не больше сотни шагов. Теперь и надо спешить.

— Хочешь схватить ее на выходе? — мигом сообразил Укор.

— Да. Внутри рынка посложнее — придется пробиваться через арку со стражниками.

Пусть она и не заложена, как с противоположной стороны... В общем, я посчитал, что на улице управиться легче.

— Кто с ней? — спросил Кровавое Пойло, поднимая с лавки свою тушу — поднимая грузно, словно тяжеленный бык.

— Два брата. Я думаю, проблем они не создадут, — заулыбался Счастье.

— А где Шрам? — спросил Дым. Ему точно не хотелось вставать с насиженного места.

— Там, где ты должен быть. Болтает с таким же толстым стражником, как и он сам.

Укор, поспешим. Иначе придется догонять девицу на Приторговой улице.

С Приторговой добычу незаметно не утащишь — там купеческие дома стояли плотно и многие имели забор. Пора нападать и будь что будет.

Клещи вскочили. Ветхий Дворик, лавируя между столов, будто пронырливая рука шулера, бросился к выходу первым. За ним устремились остальные, а Подарок в кои-то веки не торопился, уходя последним.

Снаружи погода стала мерзкой — око спряталось за стенами, усилился пронизывающий ветер: видно в южных неизведанных краях Двуглав глубоко вдыхал стылой пастью, желая насытиться — засосать грешников.

От таверны арка южного входа красовалась как на ладони. Из серого мрамора, она изображала двух медведей, вставших на задние лапы и сцепивших передние то ли в дружбе, то ли в борьбе. Поверху шла искусная надпись, Подарок ее читал: то строки короля-строителя, его восхваления, написанные богу и самому себе.

Людей в поздний рыночный час у ворот мало: так, парочка зевак; несколько спорящих торговцев; кучка отцветших женщин; надоедливые убогие, видимо, стражники уже не в силах их отгонять.

Кровавое Пойло и Лапка отделились от остальных и пошли впереди. Подарок увидал, как старший брат достал бутыль и щедро полил ее содержимое на платок в левой руке. Сам отстал от братьев, заходя к арке слева, чтобы видеть драку и вовремя подбежать.

Стражников стояло всего двое — городские увальни из префектуры, а не воины из Постоянного легиона.