Колыбель

Впереди размашистой рысью шел лишь вороной с дюжим знаменосцем в седле и стягом дома Благородного Коня, развевающимся на ветру. По мере продвижения на север степь вокруг становилась пустыней, и одинокий знаменосец казался Иву неутомимым воином из древних мифов. Подскакивая ближе и нагоняя всадника Матасагарис, Ив поднимал взор, а миф рассеивался, меняясь на повседневную жизнь: у этого сильного мужчины подрагивали руки; серо-желтое знамя со вставшей на дыбы лошадью временами ложилось ему на плечо; его вороной жарко дышал, иногда плевался клочьями пены, но, тем не менее, бежал вперед.

Кастелян Подгорного ручья лорд Харрадис, несмотря на почтенный возраст, не отставший от принца, безусловно наблюдал ту же картину и, не мешкая, прокричал в свою седую бороду:

— Попридержи Громилу, Салвус! Лошади устали, и нам не стоит их загонять. К ночи мы будем у ристалища.

Пыль и топот, ветер в лицо, уши и грива коня перед глазами. Ив вытер пот со лба, чтобы немного размяться, взъерошил чернявые волосы, хоть и не такие темные, как у единокровных братьев от второй супруги отца.

Два месяца назад, в последнем месяце лета его отец, король Кайромон Шестой, признал Ива мужчиной, взяв в Священный Кубок его кровь. Легендарный золотой сосуд, тот самый, из которого пили беженцы древней империи, умиравшие на кораблях от голода. После чего отец доверил первое значимое дело: отвезти приказ строптивому принцу Тайгону о немедленном возвращении в столицу.

Король сердился, и поговаривали, что вспоминал королей-предков без оглядки казнивших своих непокорных детей.

В казнь мало кто верил, но еще меньше находилось простаков, кто считал, что принц подчинится. Тайгон сбежал из Колыбели под предлогом обучения у отшельников фаалаату и возвращаться нисколько не торопился.

Отплывая из столицы, Ив верил, что вернет брата, хотел, чтобы они исполнили вместе священный завет Странствия. Королевский галеас «Сон Странника» удачно избежал бурь и с попутным ветром проплыл около двух тысяч миль на юг вдоль побережья.

Корабль без происшествий доставил важного гонца к городку Фаадорт, приютившемуся у моря в нескольких днях пути от Заповедного ущелья. Через Фаадорт шла торговля с орденом, так что Ив добрался к ущелью по проторенной дороге. Дальше стража его не пустила, ибо редко кто из людей посещал заснеженные горы Фаалаату.

Он передал запечатанное ценным сургучом письмо одному из высоких, синеволосых, покрытых густыми татуировками горцев. Ив мало знал об ордене Фаалаату.