Астера. Форт Огня

Сейчас мы назвали бы эту работу не слишком почетной, но сорок кругов тому назад мир был совсем другим. Драконьи крылья еще казались аномалией, крылатые вызывали любопытство, а не трепет. Не потому ли наш герой оказался занят таким трудом, что бескрылые, невольно ему, завидуя, поспешили воспользоваться неопытностью молодого дракона, и спихнули на него то, чем сами заниматься и брезговали и опасались? Среди прочих обязанностей Александра Самума была чистка клеток и прочий уход за дикими химерами, которых в форте Огня было шесть.

Можно бесконечно рассуждать о том, что он мог отказаться от этой работы. Ведь действительно мог! Но Александр был настоящим ученым, и очевидно, руководствовался не только бытовыми соображениями. В тот день случилось знаменательное событие: виварий форта пополнился еще одним обитателем. Маленького горгула доставили охотники на закате. Совсем крошечный этот детеныш все же плевал ядом и пеной сквозь прутья клетки и даже успел серьезно ранить одного из охотников.

– Прибить бы гаденыша, – улыбнулся беззлобно один из охотников, – да слух прошел, что у вас тут за такую дичь расписки полагаются?

Александр, тщательно отмыв руки, подошел к клетке.

Маленький горгул злобно пялил на него маленькие черные глаза.

– Полагаются, – медленно сказал он, отмечая, что у горгула сломана одна из костей крыла. Да и в целом он выглядит тощим и заморенным. – Давно он у вас?

– Два дня, – хмыкнул охотник.

А это был широкоплечий и курносый молодец, каких в циркусах можно сейчас встретить в каждой деревне. – Да ты, мастер, не бойся. Если даже помрет, стая мстить сюда не прилетит. Пожгли маги стаю. Красиво было!

В те времена еще было на ходу много самоходного транспорта, да и авиаскутеры еще не все ушли в утиль, так что охота на химер была делом не только зрелищным и почетным, но и довольно безопасным.

– Я понял, – вздохнул Александр. – За гонораром поднимитесь к помощнику начальника станции, это верхний этаж главного корпуса, крайний левый кабинет.

Когда охотники ушли он с жалостью посмотрел на химеру:

– Какая же мелкая и неприятная тварь! Но все же живое существо. Давай-ка поставим тебя на довольствие…

***

Крис перелистнула очередную страницу.

Текст не казался ей таким уж архаичным или непонятным, но длинные лирические отступления великого писателя вымораживали.