Самая Древняя Сила

Голаф откинул полу плаща и отцепил от ремня тугой моток веревки.

Отступив в угол, Астра глубоко вдохнула и, вскинув голову, стала пристально смотреть на край площадки, освещенной факелами. Через несколько минут воздух там задрожал, как это бывает над разогретыми на жарком солнце камнями, в его мутноватых изгибах начала проступать женская фигура, обратившаяся в тульпу мэги. От быстрого, неожиданного успеха Астра на время забыла о злости на франкийца.

- Девочка моя, ну-ка давай! – с третьего раза она добросила петлю до верха колодца.

– Давай, вытащи нас!

Тульпа ловко подхватила веревку и направилась к ближайшей колонне, чтобы обвязать конец вокруг ребристого гранитного ствола. Управлять эфирным существом в этот раз оказалось значительно проще, чем в море на «Фарилии». Тульпа, будто предчувствуя желания хозяйки, исполняла все то, что задумала мэги. Через несколько минут пеньковый жгут был закреплен у основания колонны, и Астра, испытав прочность узла рывком, смогла вскарабкаться наверх.

За ней поднялся Голаф, по-прежнему хмурый, серый лицом. Его словно не радовало освобождение, а вид двойника Астры потянул какие-то неприятные воспоминания. Рейнджер протянул руку к тульпе, прикасаясь к ее чуть теплому оголенному плечу – она испугано попятилась к провалу между плит пола.

- Я здесь, Голаф, - Астра быстро развязала узел и, окинув франкийца насмешливым взглядом, подошла к своему двойнику. – Не бойся, девочка. Это всего-то глупый мужчина. Страшный только с виду.

И, к сожалению, мы спешим, - что-то прошептав, она скрестила пальцы – тульпа начала бледнеть, становиться прозрачной. - Прости, - тихо добавила мэги, глядя в ее печальные, растерянные глаза, похожие на растекавшиеся капли эля. – Прости, мы слишком спешим.

В длинных коридорах храма было могильно тихо, лишь изредка слышалось потрескивание факелов. Голаф и Астра поднялись по лестнице, быстрым шагом направились к выходу. За поворотом забрезжил солнечный свет, потянуло запахом дыма, смрада с полуразрушенных укреплений.

Странно и жутко от Змеиных ворот на пол двора изгибалось огромное черное тело Аасфира. За ним возвышалась груда желто-серых костей и уткнувшийся в землю череп с пустыми глазницами. Между обломков стены, широко разбросанных по площади, красно блестели лужицы крови.

Рейнджер почти дошел до разрушенных ворот, когда со стороны ущелья послышались голоса, и за камнями показались головы в разноцветных банданах.