Последний реанорец. Том IX

Ты теперь не просто князь, ты… Стоп! А что с дедушкой? Что с отцом? ‒ вдруг испуганно выпалила та.

Сучья кровь! Да в гробу я видел такую честь.

‒ На пенсии теперь твой дедушка, ‒ фыркнул вяло я. ‒ Отныне обязанности светлого князя разделены между мной и твоим отцом. Он будет заниматься основной деятельностью советника, а я же… я буду копаться по горло в грязи и крови зажравшихся аристократов с посыла императора Владимира.

‒ Отныне ты действительно Палач Империи, ‒ грустно усмехнулся Куня.

‒ Теперь я понимаю твоё негодование. Прости…

‒ Поэтому не стоит волноваться о войне родов, ‒ злорадно хмыкнул я. ‒ Её не будет, либо она окажется недолгой. Точнее у них не хватит времени. Лично этим займусь.

‒ Погоди! Что?! ‒ внезапно опешила Виктория, взглянув на Алишу, а после и на меня. ‒ Мне послышалось? Отец?

‒ Ты сказал император Владимир? ‒ в замешательстве выдала следом Калира.

‒ Да. Император Владимир и императрица Оксана. Последняя новость из первых рук.

Не только светлый князь уходит на пенсию, но и твой дед с бабкой тоже, ‒ с улыбкой обратился я к Вике. ‒ В ближайшие дни вся власть будет передана твоему отцу и матери. В империи грядут перестановки.

И пока у людей и альвов происходил мозговой штурм по поводу получения новой информации, я под заинтересованными взглядами всех присутствующих в полнейшей тишине начал снимать с левой руки вначале серебряный, а после и золотой перстень и поочередно раскрыв футляры с любопытством уставился на новые аксессуары и неспеша принялся за смену регалий.

На большом пальце левой руки отныне находился изменившийся серебряный перстень с символом «VII» и парой тёмных клинков по бокам от оного с вставленным рубином. «VII» – значит, что отныне я воевода. Клинки означают – младший. Красный рубин же инкрустируют лишь воителям с силой духа первого спектра.

На указательном пальце теперь покоился аксессуар с символом – «VII» и тот явно выделялся на общем золотом фоне.

Чуть выше цифры красовался всего один драгоценный ярко-алый гиацинт наивысшей огранки, означающий мою принадлежность к молнии, внутри которого слабо пульсировали три ярко посверкивающие жилы.

Задерите меня мертвецы вечного поля битвы! Приятно всё-таки!

‒ Я сплю, наверное, ‒ довольно прошептала Прасковья, соскальзывая с моих коленей и одновременно с Викой мазнули по моей щеке губами.