Я вернусь в реал! Часть 3. Легенду на плаху!

Челюсти накера рефлекторно сомкнулись, перекусывая длинное копье пополам, и заодно позволяя мне безбоязненно приземлиться на пол. Копье успело пробить дракону шею, но для смертельного ранения этого маловато.

Полторы тысячи очков здоровья преобразовались в Силу душ и скользнули в кулак. Время задействовать старую добрую грубую силу! Я подскочил к беснующемуся телу накера, ловко ушел от взмаха хвоста и ударил чуть ниже того места, где из змеевидного туловища росли короткие лапки. Этот вид дракона всегда славился своей изворотливостью, а не прочностью чешуи или костей.

Едкая кровь, осколки ребер и шматы кожи единым винегретом полетели во все стороны. Дракон в истошном хрипе, словно бревно, рухнул на пол.

Я же спешно принялся вливать в себя остатки противоядий. Их оказалось не столь много, но мало-мальски удержать полоску здоровья от резкого опустошения вроде получилось.

Единственное, что меня сейчас весьма сильно беспокоило так это отсутствие сообщения от Спирали о победе.

Внезапно мертвецки-мертвая туша накера дернулось, будто от электрического разряда. Когти на коротких лапах заскребли по каменному полу. Хвост нервно заколотился туда-сюда. Змеевидное тело, словно под управлением неумелого марионетчика, поднималось вопреки законам анатомии. Шея накера неестественно вывернулась, отчего голова весела, как кулек с луком. Потухшие глаза ничего не выражали.

Я отступил на пару шагов. Меня пугал даже не вид вернувшийся с того света твари, а полное отсутствие у нее душ. Нежить не может существовать без оживляющей души. А тут голимая пустота, оболочка. Это ненормально…

Я почувствовал, как спина коснулась постамента, на котором громоздились останки болотной черепахи, размером с хорошую корову. Так вот сверху на меня уставились два пугающих провала на черепе, что когда-то были глазами. А заостренный клюв находился в полураскрытом, предвкушающем положении.

Только благодаря инстинктам из прошлой жизни я успел отскочить в сторону до того, как еще одна ожившая скотина решила откусить мне башку. Черепаха неуклюже подалась вперед и с глухим звуком упала с постамента. Пока она изображала неваляшку и пыталась перевернуться в более привычное положение, вокруг творилась Хтонова ночь живых мертвецов.

Каждый экспонат вдруг вознамерился размять затекшие косточки, хитиновые лапы и острые зубы.